"Вот черт! Опять порезалась, – кровь стекала с ладони. – Надо бы хоть салфетку приложить". Как на зло в аптечке не было даже бинта...
– Какая ты неосторожная...
Я обернулась. N стоял в паре шагов от меня.
– Ты?... Не может быть...
– Я, – он улыбнулся.
Ватные ноги не держали, и я медленно опустилась на пол.
– Ты же...
– да, – он не дал договорить. – Но я здесь.
Он коснулся моего лба:
– Ты ведь помнишь?
Я помнила. Разве можно забыть. До сих пор мучаюсь вопросом, что он во мне нашел. Мы такие разные. Он не был похож на других: любил читать, мог говорить обо всем, знал невообразимо много, но с ним никто не чувствовал себя глупым; он всегда улыбался, даже когда грустил. Наверное эту печальную улыбку забыть труднее всего.
– Твои руки опять в крови, – он вздохнул. – Ничему не учишься, Ли...
Это он стал меня так называть. И только из его уст это имя так звучало.
Ком подступил к горлу, стало трудно дышать.
– Прости меня... – прошептала я.
– Я давно простил. И тебе уже пора.
Он сидел рядом, а не могла оторвать взгляд от него.

Я открыла глаза. В комнате было темно. Протянула руку, нащупывая выключатель настольной лампы.
Рука болела. Надо бы промыть и перевязать. Я поднялась и увидела листок. Наверное выпал из папки. Наклонилась поднять. Рисунок. Он набросал его за несколько дней до ...
Это все, что у меня осталось.
Захотелось разрыдаться, но не было слез.
Я никогда не забуду...