За эту иллюстрацию, оказавшуюся столь уместной к рассказу, давайте все поблагодарим Матвея)

______________________________________________________________________________________

   В подъезде было зябко, зима всё-таки. Но это не беда. Главное, что сейчас здесь было темно. В лампы, конечно, давно поставили эти новомодные датчики звука, но ведь можно аккуратно открыв дверь тихонько прокрасться мимо них по полумраку подъезда, и они никогда не узнают, что здесь кто-то был.

   Люблю сидеть в потёмках. Ночь – это вообще моё время. В ночном полумраке думается как-то по-особенному. Только ты и твои мысли. Ну, может ещё пара-другая свечек. Но, к сожалению, свечек в наличии не было (чего не скажешь о мыслях), дома я был не один, вот и сбежал во мрак ночного подъезда.

   Я с Ней разговаривал! Ну, точнее переписывался, но главное, что мы общались, а каким способом, это уже дело второстепенное. Эх! Стас, Стас! Ведёшь себя как школьник, ей богу. Насколько ж я себя чувствую одиноким, что начал заочно влюбляться в девушку, основываясь только на переписке и нескольких фотографиях? Видимо сильно… Но! Но Она такая… такая красивая, интересная, творческая. Она рыжая, что в моих глазах огромный плюс. Пишет стихи, красиво рисует. Наши вкусы и интересы во многом схожи. Ну как тут не влюбиться?! Она очаровывает, влечёт, пленяет сознание… Нет, я конечно понимаю, что по-настоящему влюбиться через интернет не получится, но что-то мне подсказывает, что при встрече в жизни, солдаты моего форта под названием «Сердце», даже не станут держать оборону, а откроют на распашку ворота и радостно побегут сдаваться.

   Мысли о Ней полностью захватили меня. Я сидел с совершенно идиотским, но счастливым-пресчастливым выражением на лице, и на автомате докуривал уже вторую сигарету. Возможно, если бы я не витал так высоко в облаках, то расслышал бы лёгкие шаги у себя за спиной. Но я сейчас был далеко от своего тела. Поэтому не сразу заметил, как из темноты за моей спиной появились две изящные руки, ласково обнявшие меня за плечи. А когда заметил, то уже было собирался подскочить на месте от неожиданности, но меня остановил голос. Нежный, мягкий, и в тоже время весёлый и чуточку задорный голос. Её голос.

   - Куришь?

   - Курю.

   - Ты не говорил мне, что куришь, - нарочито обиженным голосом сказала она.

   - Просто ещё не успел, - ответил я примирительно.

   Откинув в сторону окурок, я обернулся. Она была куда красивее, чем я представлял, красивее, чем я мог бы себе представить. Красно-рыжие волосы ниже плеч, улыбающееся лицо, глаза, приковывающие к себе взгляд, словно два магнита, прекрасная фигура. И вся эта красота облачена в одну лишь белую рубашку… Век бы любовался!

   - Как ты здесь оказалась, Лекса?

   - Пришла, - пожала она плечами.

   - Пришла? Из Москвы в Питер, за полчаса, в двадцатиградусный мороз, в таком виде? – моё лицо невольно сложилось в скептическую гримасу.

   - Не из Москвы в Питер, а к тебе.

   - В смысле?

   - В твой сон.

   - Но ведь я…

   - Спишь, - Лекса улыбнулась, глядя как мои глаза поползли вверх вслед за бровями.

   - Как это? – не мог поверить я.

   - Очень просто. Улёгся лицом на клавиатуру и заснул. А завтра будешь весь в следах от клавиш, - говоря это она, улыбаясь, пыталась показать каким я буду наутро.

   - Ну не мог же я заснуть и не заметить этого!

   - Ещё как мог! С тобой ведь уже бывало такое.

   И впрямь. Как-то раз я проспал на паре целый час и даже не заметил этого. Я тогда работал в ночь, пришёл со смены уставший.

   - Да и потом, люди вообще не замечают момента, когда они засыпают.

   - Мда… с тобой не поспоришь, - мне пришлось сдать позиции.

   - А ты хочешь? – её лицо чуточку посерьезнело.

   - Нет, не хочу.

   - Вот и отлично, - улыбка снова заиграла у неё на лице.

   - То есть, я сплю, а ты пришла в мой сон? – не оставлял я попыток понять, что происходит. Сопровождалось это классическим, в таких ситуация, действием: я встал и начал ходить от стенки к стенке. – В гости?

   - Ага. В гости.

   - Тогда.. тогда откуда мне знать, что ты – это Ты, а не проекция моего влюблённого подсознания? – продолжал я рассуждать вслух.

   - А сам как думаешь? – в её глазах появилось любопытство. – Что ты чувствуешь?

   - Что чувствую, говоришь? – задумался я. – Нет. Не похожа ты на проекцию. Слишком сложная, слишком живая.

   - Ну вот ты и ответил на свой вопрос.

   Она вдруг встала и подошла к краю лестницы, ведущей вниз, и стала что-то там рассматривать. Боже! Какие у неё ноги!

   - Тебе не холодно, в одной рубашке? – запоздало забеспокоился я.

   - Нет, не холодно, - не отводя заинтересованного взгляда от лестницы, произнесла она. – У тебя тёплый сон.

   - Ну, тебе виднее.

   Она вдруг обернулась и протянула ко мне руку.

   - Пойдём, покажу кое-что.

   - Что? У меня в подъезде нет ничего интересного.

   - Не в подъезде, - Лекса берёт мою руку в свою.

   - А где? – я становлюсь рядом с ней на край лестницы.

   - Увидишь. – На её лице загадочная улыбка. Её голос так тих, что я еле слышу его сквозь гул сквозняка, гуляющего по подъезду. – Просто иди за мной.

   Киваю. Я сейчас очарован и загипнотизирован её улыбкой, её волосами, её взглядом, и пойду за ней куда угодно. Она улыбается в ответ на мой кивок, и мы делаем шаг вперёд. Секунда, необходимая ноге, чтобы преодолеть путь до следующей ступеньки проходит, но нога движется дальше, не ощущая преграды. Я не успеваю ни испугаться, ни удивится, а мы уже падаем. Парим в пустоте. Вокруг темнота, разрезаемая лишь тоненькими иглами далёких красноватых звёзд. Тёплый ветер щекочет лицо, играет с волосами, и мне начинает казаться, что я маленький мальчик, у которого сбылась заветная мечта: он научился летать. Я наслаждаюсь чувством полёта, растворяюсь в нём.

   - Лекса! Мы летим! Летим! Как классно!

   Она не отвечает. Моментально отрезвев, начинаю осматриваться по сторонам.

   - Лекса? Лекса, где ты?

   Её нигде нет. Исчезла, пропала. Оставила меня одного в этой пустоте.

   - Лекса! – в очередной раз пытаюсь перекричать ветер. – Лекса, вер…

   Полёт оканчивается также стремительно, как и начался. На полной скорости я врезаюсь во что-то твёрдое. Врезаюсь с такой силой, что слышу хруст своих костей. Больше уже ничего не слышно. Я растворяюсь во тьме.

                                                                ***

   БОММ!!!

   - Ааа!? – Резко вскакиваю, приходя в себя – Лекса ?! Лекса , где ты?!

   В ответ лишь шорохи и звон напольных часов, вырвавший меня из забытья. Я в какой-то комнате, обставленной в старинном стиле. Похоже на кабинет. Вот большой стол, кажется дубовый, вот несколько стульев с резными ножками, кресло, шкафы, из некоторых полок которых торчат листы бумаги, пара картин на стенах. Всё это небрежно, словно впопыхах, накрыто плотной тканью. Судя по толстому слою пыли, я первый посетитель здесь за долгое время. Хотя нет: еле заметная в полумраке цепочка следов ведёт к двери. Лекса!

   Срываюсь с места, однако замираю в шаге от выхода. Какого…?! Что здесь делают мои наушники и флешка?! Ааа, неважно! Нет времени с этим разбираться! Хватаю их и открываю дверь.

   Поначалу мне кажется, что я ослеп: кругом всё белым бело. Потом понимаю, что слишком долго находился в темноте. Когда зрение возвращается, я невольно издаю вздох восхищения, видя представшее передо мной великолепие. Вокруг меня расстилается бескрайнее поле. Колосья пшеницы, высотой мне по грудь, ярко переливают золотым под лучами летнего солнца. Лёгкий ветерок раскачивает их из стороны в сторону, и они негромко шелестят. И больше ничего. Только синь неба и золото пшеницы на километры вокруг. Это выглядит так, как будто я попал в чудовищных размеров сокровищницу.

   Откуда же я тогда вышел? Оборачиваюсь, однако, то, что ещё совсем недавно было величественным старинным особняком, уже почти исчезло. Можно разглядеть лишь отдельные детали фасада, но через секунду и они истаивают, растворяются в воздухе, и я остаюсь единственным чужеродным элементом в этом поле.

   - Лекса?

   И снова нет ответа. Тишину нарушает лишь шелест колосьев. В какую сторону идти? Пытаюсь сориентироваться, но тщетно. Лишь в глазах рябит от золотистости всего вокруг. Где же я очутился? Очередной сон?

   Шмяк.

   Опускаю взгляд. На земле лежат мои наушники. Со всем этим великолепием я совсем про них забыл. Поднимаю их, отряхивая. Надеваю наушники, и бреду, куда глаза глядят. Они привычно занимают своё место, кнопки флешки слегка заедают. И впрямь мои! Не копии.

   Начинает играть музыка. Браво! Случайный порядок, ты сработал на ура. Я узнаю песню с первой же секунды. Мне навсегда запомнилась эта задевающая за живое мелодия пианино, сменяющаяся резким, словно режущий душу нож, звуком электрогитары. Вслед за музыкой в наушниках раздаётся голос, который будто бы читает у меня из головы.

  “Я не могу тебя найти.

   Где бы ты ни была - ответь.

   Дай мне себя спасти,

   Я тебя не потревожу впредь»

   Нойз, чертяка, как же ты уместен! Я ведь тоже не могу найти её.. А Она  нужна мне! Но где прикажешь её искать?! Кругом лишь золото полей, синева неба и рыже-белое пятно где-то там далеко впереди! Рыже-белое?!

   Ноги начинают бег быстрее, чем до меня окончательно доходит. Лекса! Ответила! Нашлась!
Теперь главное не потерять её. Мне нельзя её терять! Ни в коем случае!

   Я всё бегу. Нойз и его музыка подгоняют меня. Сколько я уже пробежал? Километр? Два? Руки и ноги начинают уставать, дышать становится труднее, а каждое следующее движение сопровождается всё нарастающей болью, но я не собираюсь останавливаться. Я бегу уже вечность, но она всё также далека от меня. Зачем ты забралась в такую даль, Лекса?

   Словно обиженная моими мыслями, она вдруг исчезает. Миг, и нет больше моего рыже-белого ориентира, вокруг опять одно только золото. Секундное замешательство, обида, лёгкая злость, и я ускоряю темп. Ну уж нет, Лекса ! Я не потеряю тебя опять! Буду бежать, пока не найду тебя! Хоть лёгкие выплюну, но не сдамся!

   Подпитываясь от этих мыслей я преодолеваю ещё несколько километров. Несусь как заправский олимпийский бегун. Музыка кончилась: наушники давно снесло с головы от скорости, но плевать на них. Лексы всё не видно, а организм начинает протестовать против такого обращения с собой. Ноги заплетаются, в боках нещадно колет, лёгкие работают как меха в кузне. Плевать! Ты сможешь, парень! Ты сильный! Ты должен быть сильным ради Неё! Не обращай внимания на всякие мелочи и беги! Не останавливайся! Давай! Вперёд! Давай! Давай! Давай!!!

   Земля резко уходит из под ног, и мой марафон заканчивается. Теперь я не бегун, я птица. Лечу вниз с высоченного обрыва, спрятавшегося за рядами колосьев. Парение и невероятная лёгкость приводят в экстаз моё ноющее от изнеможения тело. Хорошо всё-таки уметь летать.

   Бвффырр! Вода смыкается над головой. Я словно камень погружаюсь в бездну океана. Прохладная вода возвращает трезвость разуму и бодрит тело. На последних остатках сил рвусь наверх, туда, где есть воздух. Лёгкие жадно затягивают воздух, губы жжёт от морской соли, ветер холодит лицо. Всё на что я сейчас способен – это лечь на воду и отдаться на милость волн.

                                                               ***

Не знаю, сколько длилось моё плавание. Я был не в состоянии считать минуты, и просто лежал на спине,  любуясь небом и наслаждаясь тёплым ветром, что нежно щекотал лицо. Волны ласково несли меня на своих руках, убаюкивая всё больше и больше. Так я и дремал до тех пор, пока чьи-то руки не подхватили меня и не вытащили на песок берега.

   - Хорошо бегаешь, - поприветствовал меня всё такой же задорный голос.

   - Хорошо прячешься, - с улыбкой парировал я, вставая. Пока я дремал, мышцы отдохнули и уже почти не болели.

   Лекса сидела рядом и лучезарно улыбалась. Её рубашка немного запачкалась песком, но она не обращала на это внимания.

   - Милые плавки.

   - Какие ещё плавки?! – Я опустил глаза, чтобы рассмотреть себя и с удивлением обнаружил, что щеголяю в плавках-шортах тигрового окраса. Мои джинсы и кофта исчезли, будто в воде растворились.

   - Да-да. Именно эти. – Она с трудом сдерживается, чтобы не рассмеяться.

   Должен признать, что выглядел и я впрямь смешно: худощавый, длинный, в здоровенных плавках и с выпученными глазами.

   - Не стоит так удивляться: здесь это нормально.

   - Где, здесь?

   - Во сне, - пожала плечами она.

   - То есть мы всё ещё спим?

   - Да. А ты думал, что проснулся?

   - Эээ…нет. – Ответил я подумав. - Я просто не знал где я.

   - Теперь знаешь, - беззаботно улыбнулась Лекса.

   - И чей же это сон? Твой?

   - Нет.

   - А чей же тогда?

   - Не знаю. – Ещё одно пожатие плечами. Сама беззаботность во плоти!

   - Как не знаешь?! – опешил я. – Как же мы тогда сюда попали?

   - Нуу, в предыдущий тебя провела я. А в этот ты прыгнул вслед за мной.

   - Прыгнул?

   - Ага, – лицо просияло довольной-предовольной улыбкой. – Мы с тобой прыгали из сна в сон, гуляли по ним.

   - Это ты мне хотела показать? – Картина происходящего начала потихоньку проясняться.

   - Да. Хотела научить тебя.

   - Прыгать?

   - Угу.

   - Согласен! – Научиться гулять по снам? Заманчивая перспектива. – Как это делается?

   - Ммм…Как бы тебе попроще объяснить? – в задумчивости водит она пальцем по песку. – О! Придумала! Ты был когда-нибудь в театре?

   - Был, конечно! Как можно не любить театр!?

   - Я тоже его люблю, - кажется, её обрадовало моё признание. – Он куда лучше, чем кино.

   - Так вот! Представь, что сон – это театральная сцена с декорациями. А за декорациями ещё одна сцена – другой сон. Чтобы попасть в него, тебе нужно всего лишь прорваться через декорации.

   - И как мне через них прорываться? Руками рвать что ли? – В голове тут же нарисовалась картинка, как я размахиваю руками, пытаясь порвать воздух, и я расплылся в улыбке.

   - Нет, конечно! – рассмеялась Лекса. – Мысленно.

   - Хм…Мысленно, говоришь?

   Закрываю глаза и пытаюсь нарисовать в мозгу нужный образ. Тёмная сцена, свет идёт только на декорации. Огромный лист бумаги, натянутый на каркас. На нём изображены колеблющиеся волны, облака на голубом небе и островок, на берегу которого сидят парень в тигровых плавках и рыжая девушка в белой рубашке. Я стою перед этой картиной. Разбегаюсь и на полной скорости тараню её. Никакого эффекта, только шишку набил. А если ещё раз? Рывок. Ничего. Рывок. Опять ничего. (Мне показалось, или мир вок…сон вокруг вздрогнул?) Рывок. Без толку.

   - Не выходит, - пожимаю я плечами, открывая глаза.

   - Выходит, выходит! У тебя почти получилось.

   Хм…значит, не показалось…

   - Дай руку.

   - Зачем.

   - Не хочу снова тебя потерять.

   Она безмолвно протягивает мне руку. В её глазах я читаю, что она рада моим словам и тоже не хочет меня потерять. Окрылённый закрываю глаза, представляю сцену и делаю рывок вперёд. Ощущения такие, как будто всё вокруг, да и ты сам, летит кувырком. Открываю глаза. Мы уже не на острове.

   В комнате темновато: окна занавешены плотными шторами. Свет даёт лишь ночник на тумбочке. Кроме неё здесь из мебели только большая двуспальная кровать, на которой мы и лежим, полуприкрытые одеялом. Я снизу, Лекса на мне. Одной рукой я обнимаю её за талию, другой держу её руку.

   - Ого! А ты быстро учишься, - выдаёт Лекса, удивлённо озираясь вокруг.

   - Я способный! – гордо улыбаюсь я.

   - Чувствую я, какой ты способный! – с напускной назидательностью в голосе отвечает она. – И местечко выбрал подходящее. Ай-яй-яй!

   - Я не виноват! – шутливо оправдываюсь я. – Это всё гормоны, пляшущие под твою дудку!

   - Гормоны, как же! – тем же тоном говорит они, и мы вместе смеёмся.

   - Ну, раз уж у нас тут такая, так сказать, интимная
обстановка, - начинаю я, отсмеявшись. – Разрешите хотя бы поцеловать вас, сударыня.

   - Поцеловать, говоришь? – Она наклоняется к моему лицу. Наши губы почти соприкасаются, от
её дыхания по лицу пробегают мурашки, сердце стучит так, словно я снова бегу марафон по пшеничному полю. Про область паха даже упоминать не стоит. Так проходит несколько секунд. Таких томительных и в тоже время приятных. А затем я слышу её шёпот – Возможно в другой раз.

   Рывок!

   - Лекса?!

   Озираюсь. Я в своём детском саду, на утреннике. Вон я, в образе мышонка, скачу по залу вместе с остальными детьми. Какого…?!

   Рывок.

   Ночная смена в Макдоналдсе. Ненавижу это место!

   Рывок.

   Рыцари дубасят друг друга ненаточенными мечами, под восторженные крики толпы и вспышки фотоаппаратов. Это было около десяти лет назад, на день города. Похоже не мне одному запомнился этот эпизод из детства.

   Рывок.

   Бар из “Как я встретил вашу маму”.

   Рывок.

   Снова остров посреди океана, и мужчина, блаженно разлёгшийся в гамаке. Стандартная мечта среднестатистического офисного работника. Пфф!

   Рывок.

   Развалины Припяти.

   - Лекса?!?!?!

   И снова нет ответа. Лишь ветер гуляет в тёмных провалах окон. Блядство!

   Рывок.

   Рывок.

   Рывок!

   Рывок!

   РЫВОК!!!

   ДДУУУ!

   Гудок оглушительно бьёт по ушам, но лишь благодаря ему я успеваю отскочить в сторону прежде, чем поезд размазал бы меня по рельсам. Пытаюсь прорваться дальше, но не выходит.

   - Что за фигня?

   Поезд исчезает вдали. Я стою на перроне какой-то захолустной станции. Запахиваю пальто поплотней: после лета в поле и на острове занесённый снегом лесок кажется мне жутко холодным.

   - Лекса?! – Опять тишина. Только шуршит снег, влекомый за собой ветром. – Ну и ладно!

   Схожу с перрона и направляюсь к деревьям. Лесок довольно быстро кончается и, утопая по колено в снегу, я выхожу на продолговатую равнину, окаймлённую по краям остатками леска. На противоположном её конце возвышает большой холм. Отлично.

   Кругом бескрайние снежные просторы, искрящие на солнце. Красиво…Вот только мне сейчас не до красивостей. Опять потерял её, казанова херов! Дёрнуло ж меня поцелуй просить! Может она покажется, как в тот раз? Надо взобраться на холм, оттуда обзор лучше.

   Мои мысли прерывает звук, заставляющий меня вздрогнуть и застыть на месте. Слева, в лесу, раздаётся протяжный вой. Класс! Только волка мне здесь не хватало! Ускоряю шаг. Справа долетает ответный вой ещё одного волка. За ним ещё один, сзади. И ещё, и ещё, и ещё. Да сколько же вас тут?!

   Я уже не иду – бегу. Ноги вязнут в снегу, волосы хлещут по лицу. Пальто, свитер и килограммовые армейские ботинки – не самое лучшее обмундирование для пробежки. Волки выходят из леса. Медленно, не торопясь, словно я от них никуда не денусь. Сколько их тут? Раз, два, три…больше десятка. Влип, так влип!

   Наконец достигаю подножия холма и начинаю карабкаться вверх. Волки в сотне с чем-то метров позади. Работая руками и ногами, завершаю подъём за минуту. Уставший и насквозь мокрый от пота достигаю вершины и не верю своим глазам. Блять! То, что я принял за холм, оказалось занесённым снегом утёсом, возвышающимся над морем. Внизу лишь волны, плещущие о камни и заледеневшее
основание скалы. Теперь ясно, почему волки не спешили прикончить меня. Зачем тратить лишние силы на добычу, которая сама загоняет себя в угол? Деваться мне отсюда некуда. Хотя…

   Деревянный пол сцены. Передо мной декорация, на которой холодное северное море, и человек в чёрном, развевающемся на ветру пальто, застывший на вершине утёса.

   Рывок.

   Чёрт! Бесполезно! Всё равно, что биться головой о каменную стену.

   Волки уже достигли подножия и лезут вверх. Что ж. Во сне глядишь, и не убьюсь…

   - Хрен вам, а не обед, товарищи!

   И разбежавшись, прыгаю вниз.

                                                                ***

   Погружённое в ночной мрак здание – мой факультет, посреди коридора которого я и разлёгся. На мне туфли, брюки и моя любимая чёрная рубашка, рукава которой закасаны по локоть, как я люблю. В нише справа от меня стоит Лекса. Стоит у окна, спиной ко мне. На ней длинное чёрное платье до колен.

   - Лекса?

   Она оборачивается, и в первый миг я не узнаю её. Весёлость и задор ушли, уступив место печали и задумчивой сосредоточенности.

   - Привет, - говорит она с грустью в голосе.

   - Что-то случилось?! – волнение рождается мгновенно, захватывает меня целиком и полностью, и я уже думаю лишь о том, как помочь ей, или уберечь её.

   - Ещё нет.- Уголки её губ слегка приподнимаются от вида моей встревоженности. Грустная улыбка. – Но скоро случится.

   - Что?!

   - Уже почти утро, - вздыхает она. – Пора просыпаться.

   - Просыпаться… - я уже так привык находиться во сне, что пробуждение для меня скорее плохая новость, нежели хорошая. К тому же, вне сна не будет Лексы… - Мы ведь увидимся ещё? Завтра?!

   - Я не знаю, стоит ли…

   - Почему?

   Лекса присаживается на подоконник, поворачиваясь ко мне боком. Лбом она касается стекла, её взгляд устремлён сквозь него. Я опираюсь об подоконник рядом с ней и тоже смотрю в окно. За ним ночной город. Мы высоко, поэтому крыши близлежащих пятиэтажек лежат как на ладони. Окна почти не горят, фонари – через один-два. Ночь предстала во всём своём великолепии. Снаружи тихо так, как бывает только глубокой-глубокой ночью. Идиллию нарушают лишь изредка проезжающие такси.

   Наконец, Лекса собирается с силами и отвечает мне. Отвечает неохотно, через силу. Нехотя говорить, но считая, что я должен знать.

   - Я не та, за кого ты меня принимаешь.

   - А кто же тогда? Мы ведь вроде выяснили, что ты не проекция. – Мои глаза смотрят в её, сейчас такие печальные, глаза.

   - Не проекция.- Кивает она. – Я живой человек, и я действительно Лекса. Вот только, я не та Лекса.

   - Как это? – опешил я.

   - Как ты представляешь себе нашу Вселенную? – в лоб спрашивает она, вместо ответа.

   - Вселенную? – меня озадачивает столь резкая смена темы. – Классически, она представляется как, грубо говоря, огромное скопление галактик, которое непрерывно расширяется. Мне больше импонирует идея Мульти-Вселенной. Что-то вроде огромного бесконечно ветвящегося дерева, каждая ветвь которого – это классическая Вселенная, но со своим вариантом развития событий внутри неё. А почему ты спрашиваешь?

   - Сейчас поймешь,- небольшие искорки в её глазах говорят, что она осталась довольна моим ответом. – Правильно тебе эта идея импонирует. Вселенная  не едина, она состоит из бесконечного числа версий, инвариантов одной Вселенной. У них общее прошлое, различающееся одним событием настоящее и совершенно разное будущее.

   - Зачем ты рассказываешь мне всё это? – Спрашиваю я, подходя к ней вплотную и обнимая за талию.

   - Что бы тебе легче было понять, - она делает небольшую паузу, как бы собираясь с духом. Я жду, вопросительно глядя на неё.

   - Я Лекса из другого инварианта.

   Я не сразу понимаю о чём она, а когда понимаю, то не могу поверить в это. Так и стою с широко открытыми глазами и беззвучно шевелю ртом, пытаясь сказать хоть что-то.

   - Понимаешь, - обнимает меня она. – Никто пока не умеет переходить напрямую из одного инварианта в другой. Не многие даже догадываются, что мир не один, что их бесконечное множество. Однако, есть обходной путь.

   - Сны. – Окончательно доходит до меня положение вещей.

   - Да, - шепчет она мне на ухо. Моё лицо утопает в её волосах. – Можно взглянуть на другой мир и его жителей сквозь сон. Можно даже пообщаться с ними.

   - Как же ты вышла на меня? – Внутри становится нестерпимо горько. Я запускаю руку в её волосы и ещё глубже зарываюсь в них лицом.

   - Ты понравился Лексе из своего мира. Сильно понравился. Наши миры очень родственны, видимо ветвление произошло не так давно. Поэтому я услышала отголоски её чувств. Твоя проекция стала появляться в моих снах. Мне стало любопытно посмотреть на тебя, вот я и пришла.

   - А потом? – Мы уже даже не обнимаемся. Мы вцепились друг в друга, как утопающий в спасательный круг: сильно, жадно, не желая отпускать один одного ни на секунду.

   - А потом… - её голос дрожит. – А потом я полюбила тебя, Стас. Каждую ночь я приходила в твой сон, наблюдала за тобой. Ты очаровал меня, пленил моё сознание. Смелый, умный, интересный и красивый. Я смотрела на тебя с восторгом. И грустью, оттого, что никогда не смогу быть с тобой по-настоящему. Я пряталась, заставляла себя не выдавать себя, потому что знала, что ничего хорошего из этого не выйдет. Но всё же не удержалась: подошла к тебе сзади и обняла. Дальше ты знаешь.

   Я отстраняюсь от неё. За окном начинает светать, солнце медленно начинает выползать из-за горизонта. Улицы окрашиваются багровым, появляются тени. Но нам всё равно. Мы смотрим лишь друг на друга, глаза в глаза. Сейчас нам не нужны слова, достаточно взгляда. Наши лица одновременно начинают сближаться, а солнце поднимается всё выше и выше. И в тот момент, когда соприкасаются наши губы, оно полностью выходит из-за горизонта. Утро.

   Сон вокруг начинает рушиться. С первым, попавшим на них, лучом солнца окна взрываются, разлетаясь повсюду градом осколков. За ними уже знакомая тьма с красноватыми всполохами далёких звёзд. Бешеный ветер корёжит, сминает и вырывает с корнем потолок. Следом приходит черёд стен, затем пола.

   И вот мы снова висим в пустоте, но наши глаза закрыты, и мы не видим всего этого. Для неё сейчас есть лишь я, для меня - лишь Она. Мы целуемся жадно, без остатка. Как в первый, или последний раз в жизни. Мы дышим друг другом. Я крепко обнимаю её за талию и ласкаю её волосы. Её рука блуждает по моей спине, ласкает её, царапает.

   Ветер усиливается настолько, что нас отрывает друг от друга, отшвыривает на несколько метров. Тело Лексы начинает исчезать, растворяться в воздухе. Я пытаюсь подойти к ней, но не могу ступить и шага.

   - Лекса! Постой! Не уходи!

   Она держит руки на груди и улыбается. В её одновременно плещутся неземное счастье и вся грусть этого мира.

   - Лекса! Подожди! Лекса, я тоже люблю тебя! Лекса! Не бросай меня!

   Она молчит и продолжает улыбаться. От неё остаются лишь изрядно подтаявшие торс и голова. Пытаюсь хотя бы дотянуться до неё, но тщетно. Лишь замечаю краем глаза свою почти истаявшую руку.

   - Лекса!!!

   Секунда, и она растворяется полностью. Я и сам уже почти весь растворился во тьме. Не чувствую своего тела, не слышу своего голоса.

   - ЛЕКСА!!!

                                                                ***

   Меня кто-то тормошит. Глаза разлепляются неохотно. Лицо болит.

   - Просыпайся! Опять за компьютером уснул?

   - Ась? – Только и могу ответить я. Широко зеваю, потягиваясь.

   - Я таки заберу у тебя удлинитель. Достал уже со своим компом!

   - Ага. Забирай, - всё та же заезженная пластинка. Слышал это уже не раз.

   Мать с недовольным видом уходит в ванную. Я направляюсь на кухню и включаю чайник. Пока он греется, делаю себе бутерброды. За окном холодно. Снегу за ночь навалило по колено. Не люблю зиму.

   Щёлк! Чайник закипел. Наливаю кипятку себе в кружку и несу свой скудный завтрак в комнату, к компьютеру. Прогружённый в свои мысли просматриваю новости в интернете и на автомате уничтожаю бутеры. Какое-то странное чувство. Словно я забыл что-то, что не стоило забывать…

   На столе вибрирует телефон.

   - Алло.

   - Здорова! Чем занимаешься?

   - Ничем. Завтракаю, в интернете сижу.

   - Зайдёшь? Есть что показать.

   - Хорошо. Поем только.

   - Давай. Жду.

   По пути на кухню меня догоняет вопрос матери:

   - Куда-то собираешься?

   - К Сане ненадолго забегу.

   - Зачем?

   - Просто.

   Быстро мою посуду и одеваюсь. В подъезде достаю из кармана пачку сигарет. Хотя нет, у Сани покурю.

   Ледяной воздух улицы заставляет меня вздрогнуть на выходе из подъезда. Ух! Ну и дубак! Запахиваю пальто поплотнее и чуть ли не бегом направляюсь к Сане. Благо он живёт всего в десяти минутах от меня.

   По сложившейся традиции мы сначала курим в Санином подъезде, на пролёт выше его этажа. Болтаем, делимся последними новостями, рассказываем друг другу приколы. И уже после идём к нему.

   За просмотром избранных моментов свежего КВНа и разных прикольных роликов из сети проходит час, может два. У меня внутри всё так же пусто. Что-то гложет меня, вот только я не могу понять что. Может дело во сне? Я редко запоминаю свои сны. Может этот был особенным?

   - Я схожу, попью? – Как-то здесь душно. Встаю, стягивая с себя свитер.

   - Давай. – Саня садится на кровать и берёт в руки гитару. Хочет, чтобы я послушал мелодию, которую он придумал вчера.

   Уже у двери меня останавливает его удивлённый оклик.

   - Стас?..

   - Что?

   - У тебя рубашка в крови…

   - Чего?!

   Спиной вперёд подскакиваю к зеркалу. И впрямь в крови… Стаскиваю с себя рубашку.

   - Тут цифры какие-то… - Саня стоит рядом и тоже рассматривает мои раны.

   Вся спина расцарапана. Расцарапана…

   От прикосновения к царапинам меня словно бьёт током. Перед глазами начинают мелькать картины, образы, места. Я вспоминаю… Подъезд, парение в пустоте, гонка по пшеничному полю, беседа на острове, спальня, волки, наш поцелуй… Вспоминаю всё. Она не просто так меня царапала. Она что-то мне оставила… Саня говорил, что там цифры? Цифры, цифры…Номер! Номер Лексы моего инварианта. Вот почему она так улыбалась!

   - Стас, с тобой всё в порядке? – в голосе Сани слышно беспокойство.

   - Телефон! – Мой голос хрипит от напряжения. – Быстро!

   Саня с вытаращенными от непонимания глазами мечется по комнате в поисках телефона. Ноги не выдерживают и подкашиваются, опрокидывая меня в кресло.

   - Держи, - протягивает мне найденный телефон Саня.

   - Диктуй цифры! – я поворачиваюсь к нему спиной.

   - Эээ…Плюс, триста шестьдесят четыре, двадцать два, шестьсот двадцать, тринадцать, сорок два.

   Вызов. Секунды длятся невыносимо долго. От одного гудка до другого проходит вечность. Я замер и почти не дышу. Моё сердце бьётся так сильно, что это слышно, наверное, всему подъезду. Ещё чуть-чуть и оно проломит мою грудную клетку и вывалится на пол. Проходит ещё несколько вечностей ожидания прежде чем в трубке раздаётся нежный, но в тоже время чуточку задорный голос, успевший стать для меня родным. Её голос.

   - Алло?

                                                                            В тексте использованы слова из песни Noize                                                                            MC “Не могу найти”. Автор благодарит его за                                                                               чудесные песни: это и “Утро (Он, а не Я)”, сильно                                                                         помогавшие в написании. 

                                                                            Так же автор благодарит прототипов героев                                                                           за историю и передаёт им привет.

                                                                                     февраль-апрель 2012. Минск-Сны