День 7.

    Утро выдалось на удивление тёплым, что крайне необычно для этих мест. Тусклые лучи солнца разбудившие меня сегодня, почти не согревали, но всё же создавали какую-то атмосферу, от которой прибавлялось сил и ледяной воздух ощущался не таким острым. Самое худшее в этих местах, это пробуждение, замершие ресницы приходится с усилием разлеплять. Честно говоря, тут в целом мало чего приятного, хотя на фоне всех неудобств прекрасные виды и некое отстранённое состояние разума, создают спокойствие и некий монотонный ритм.  

День 13.

    Уже несколько дней не видел солнца, да и разницы между временем, когда я засыпаю и пробуждаюсь, ощущение, будто время в этом месте замерло, как и всё остальное. Лишь бескрайние поля снега и скалы изо льда, вечно моросящий снег и белёсая дымка заменяющая тут горизонт и небо. Ледяной обжигающий воздух, к которому казалось уже привык, внезапно снова отдаёт болью в лёгких, будто не давая забыть о себе. Возможно это мне кажется или такое ощущение создалось из-за удручающего настроения, но идти каждый день становится всё тяжелее.

День 16.

    Не знаю сколько прошёл сегодня, это очень раздражает и вызывает гнев, иногда кажется, что прошло уже несколько часов, но оглядываясь понимаешь, что ты сделал не более десятка шагов. Каждый шаг, требует будто заново пробуждать закоченевшие ноги, тратить все моральные силы на их подъём, лишь для того, чтобы снова погрузить в снег. Снег на удивление кажется таким тёплым. Иногда ловлю себя на мысли, что не хочу делать следующий шаг и приходится довольно долго убеждать себя.

День 22.

    Подъём постепенно становится всё круче. И когда начинает дуть особенно сильный ветер держаться на ногах становится почти невозможно, как только я не пытался справиться с ним, но кажется ни один из способ не помогает. Только если лечь, буквально закопавшись в снег и даже так он иногда пролезает в импровизированное гнездо. За сегодня сделал перерыв лишь на двадцать минут, всё остальное время приходится передвигаться скрюченным, на согнутых ногах. Из-за такого положения, глубокого снега и подъёма ноги вскоре становятся кипящими, хотя на ощупь не отличаются от окружающего снега.

День 26.

    Последние два дня ветер немного поутих, хотя солнца так и не появилось. Проснувшись сегодня не смог сдвинуть ноги. Признаюсь честно, от этого осознания прорыдал около десяти минут, пока от заледеневших слёз кожа лица не стала трескаться и невыносимо болеть. От былого спокойствия и размеренности не осталось и следа, теперь только еле сдерживаемое отчаяние, либо полная апатия. Пришлось весь день ползти, разгребая снег перед собой руками, а под вечер, увидев свой путь с трудом сдержал переполняющие меня чувства, там было не больше тридцати шагов. Единственное, что успокаивает это боль во всём теле, которая позволит мне быстро уснуть и знание, что осталось уже не так много.

День 28.

    Пальцы, как и все руки в целом невыносимо опухли от постоянного контакта с обжигающим снегом, осталось совсем немного, шагов десять, не больше. Хотя сил уже никаких не осталось, приходится часами убеждать своё тело проползти ещё немного, изо всех сил пытался закончить путь сегодня, но похоже ночь уже началась и становится всё холоднее. Успокаивают лишь две мысли, что завтра это наконец-товсё закончится, а вторая где-то на фоне, что завтра возможно уже не проснусь и эти жалкие метры не придётся преодолевать.

День 29.

    Не сразу понял, что проснулся и некоторое время ушло на то, чтобы понять где я вообще нахожусь. Сон казался таким тёплым и уютным. А тело совсем не слушается, ощущение будто это не моя плоть, а кусок безжизненной древесины почему-то привязанный к моему телу, хорошо хотя бы боль прошла. На удивление у меня ещё осталиськакие-то силы и двигаться неожиданно легко, хоть и до нелепого медленно. Наконец-тораскопав очередную порцию снега увидел конец, перед глазами так долго был один лишь снег. Я оказался на вершине гигантской ледяной горы, солнце, едва выглядывающее из-за горизонта освещает блестящие поля снега в долине подо мной. Ветер тут нежный, будто ласкающий кожу, наверное он всё ещё ледяной, просто я уже не чувствую этого. Этот прекрасный вид заполнил моё сознание, выбросив всё остальное, так что следующие несколько часов просто наблюдал, будто даже не дыша, будто тело боялось сделать лишние движения и спугнуть этот замечательный момент. Такое умиротворение, взяв руками безжизненные ноги с некоторым усилием свесил их с обрыва и напрягая спину попытался присесть, цепляясь руками, чтобы не упасть, медленно и неловко вытащил дрожащими пальцами сигарету и после нескольких попыток поджог её, наполнив серые лёгкие тёплым дымом и наконец выдохнул, затмив дымкой закат.