И брошен небом на забвенье
И у поребрика ночуя
Он стал вдруг петь про озаренье
Устало морщились маршрутки
И в них устало мерзли люди
А у какой-то проститутки
И в сердце нож, и день простужен
Улюкались мужчины в бане
Им непомерно знать о истине
Когда исчезли зимой сани
Тогда все стало transparencia
