• Под впечатлением от прочтения: Глава 125. Безумный человек. Фридрих Ницше. Веселая наука.
  Нам Ницше завещал в «Безумном человеке»:
  Бог умер! Навсегда! Навеки!
  Мол, мы его убили – люди,
  Погрязли во грехе, во блуде,
  К чему претензии к Иуде?
  В процессе поисков Его,
  Похоронили саму суть,
  Так увлеклись, что позабыли,
  Какой для нас открыл Он путь.
  Кто, защищает педофилов,
  А где-то просто: "муж" и "муж",
  Признают скоро некрофилов,
  И зоо-гомо-дорогуш! (Лишь бы чинушам падал куш)
  Пришла пора расставить точки,
  И гнать поганою метлой,
  Все гомосячие росточки,
  С Россеи-матушки - долой!
  Остановить сей вирус надо,
  Иначе эти меньшинствА,
  Потомков наших превратят,
  В: «родитель раз», «родитель два».
  Хотел бы Фридриху ответить:
  Неправ философ ты и лжив,
  Позвольте правду рассекретить-
  В России Бог, пока что жив!
  Очнитесь, оглядитесь люди,
  Мух отделяйте от котлет,
  Иначе будет как у Ницше:
  Бог умер, Бога больше нет!

 Тварь рычала, крутила головой, стараясь прокусить овечью шкуру. Я обвил её за шею правой рукой, в ладонь попало ухо, я схватился за него, а левой стал, что есть сил давить на челюсть, стараясь просунуть предплечье как можно глубже в пасть, чтобы сбить у неё дыхание, одновременно выкручивая её голову за ухо. Тем не менее, я понимал, что пока зверюга сверху, мне не победить. Её лапы упирались мне в грудь и рвали тулуп, я чувствовал её запах, слюна из пасти разлеталась во все стороны, рычание напоминало лязг гусениц тяжёлого трактора. Она пережёвывала овчину, и я уже чувствовал, как её зубы впиваются в мою кожу. Так как я со всей силы прижимал её голову к себе, морда зверя оказалась зажата между моей шеей и руками. Твари становилось тяжело дышать, и она постаралась вырваться из моих объятий, отчаянно мотая головой и рыча, как безумная.

*******

• Тягучий, утренний, седеющий туман,
  Взбил "плотные слои" в суфле,
  Завис, как старый наркоман,
  Повис, как цепь, как труп в петле.
  Теперь уж точно не уйти мне,
  О, дайте водки, разум похмелите!
  Я остаюсь не по своей вине,
  Туман – причина, Вы его вините!
  Мусье, очнитесь, вот уж третий день,
  Вы Ищите резоны, чтоб остаться,
  Наводите Вы тень на мой плетень,
  Пришла пора, однако, выметаться!
  Нам всем эта история знакома,
  Мотив понятен; стороны равны,
  Вчера, как сука, кобелём влекома,
  Виляла задом, отдаваясь вполцены.
  Сегодня он, решив «прижать» деньжат,
  Несостоятельность валит на непогоду,
  Она таких видала "салажат",
  Годами проработала методу.
  Мадам, молчите и подайте портмоне,
  Вот деньги, продолжаем наш роман!
  Конечно сударь, - Ваша водка, пралине,
  И оставайтесь, не ходите Вы в туман…
  И продолжался бы наверно фестиваль…
  «Путана», «жадина», - как хочешь, обзови,
  Но в голове всё крутится мораль:
  Закончился в карманах «хруст» -
  И нет любви!

• Читала девочка сентенции во сне.
  Закрыв глаза и с упоеньем,
  Сплетенье слов, как посвящение весне,
  Слетали с губ стихотвореньем.
  Как мёд, как сладкий виноград,
  Как мамино клубничное варенье,
  Ванильных фраз словесный концентрат,
  Привёл меня в другое измеренье.
  Над гладью моря – розовый закат,
  Меняет цвет на глубоко-багряный,
  И водопада ниспадающий каскад,
  На берег опускается песчаный.
  Её степенный шёпот замирает,
  Врезается мне в грудь копьём,
  Моей души глубин он достигает,
  Поёт на ветке клёна соловьём.
  Её исповеданья долгожданны,
  Любовь мы испытали при луне,
  Но солнца луч в одно касанье,
  Морфея вымысел спалил в огне.

• 
• Гордый ворон над лесом,
  Крылья свои надломив,
  Послал непогоду к бесам,
  Взгляд, на грозу устремив.
  Небо, скрывает угрозу,
  Точит трезубец Зевс,
  Птица скандир-руя пр-розу,
  Парит, меж чёрных небес.
  Кромсают молнии своды,
  Торнадо уже над ним,
  Но он не боится погоды,
  Жаждой поступка томим.
  Ворвался он в сердце бури,
  И к верху рванул крыло,
  «Спасибо» сказал физкультуре,
  Иначе бы к черту снесло.
  Хватило силёнок птице,
  Увидеть «воронки» край,
  Сидит на воронке – ворон,
  Воронка – вороний рай!

Шуточная импровизация ко Дню Космонавтики.

Увеличте фото.