По направлению

Ты никто. Даже не некто, а никто
Иди нахер с таким вопросом

ооооооооооооооо
тебя пидараса так ждёт некто..........
ВСЕ.........
без вас ПИДАРАСОВ...блять здесь так скуШна...
нет анониев, нет спамеров, нет хуесосов которые под столом в ногах ползают и канфеток ждут.......
да ? сперм блять , анОний нЕктовский )

Причина живучести идеи прогрессивной биологической эволюции лежит не в научной сфере (науке она ровно ничего не дает), а в психологической: это последнее прибежище того умозрительного и привычного «линейно-редукционистского» образа науки, который многие принимают за материалистический, при том, что эволюционная доктрина глубоко идеалистична и даже мифологична в лучшем смысле слова – такое определение дарвинизма можно встретить ныне в серьезных работах по сциентологии (науковедению).

Если же мы хотим действительно следовать научной методологии, последняя требует принять неоспоримый тезис: жизнь – это артефакт. И в признании этого для науки не таится абсолютно никакой опасности. Как показывает вся история науки, подобные постулаты не «закрывают» ни одного из направлений научных поисков, но зато неизмеримо повышают ценность жизни в глазах исследователей-профессионалов, да и нас, простых смертных. Мы сами и есть бесспорная благая весть, и каждая живая тварь значит бесконечно много на весах мироздания. Примем же бережно этот бесценный дар с достоинством и благодарностью.

http://www.goldentime.ru/hrs_text_021.htm

Можно добавить, что мертвая природа не создала ни единой «антиэнтропийной» системы с агрегатом компенсации, вроде ТЭЦ или обычного холодильника, что же касается самовоспроизводящегося автомата, такое пока оказалось не по силам всей нашей цивилизации, разве что в виде абстрактной компьютерной модели. Данные проблемы, актуальные и для идеи эволюции, разумеется, не были видны Дарвину, и бессмысленно его в этом обвинять, но все же дарвинизм, не отвечающий фактам, физике и элементарной логике, является ныне лишь глубоко антинаучным предрассудком, и даже среди биологов: ни один нормальный биолог-специалист трудами Дарвина не пользуется (не читает их и не цитирует), хотя на словах обычно клянется в верности «единственно верному учению». Излишне, видимо, напоминать, что почти за полтора века своего существования доктрина, даже радикально модернизированная, так и не была подтверждена ни единым эмпирическим фактом. Сколько-нибудь серьезные доказательства эволюции на деле отсутствуют: даже в пропагандистской литературе принят термин «свидетельства», т.е. немногочисленные феномены (как правило, столетней давности), которые можно трактовать как угодно; как сейчас достоверно установлено, по меньшей мере часть их является плодом недоразумения либо недостаточных знаний, хотя хватает и откровенных фальсификаций. Мы и по сей день не знаем ни одного примера эволюционировавшего вида, хотя противоположных фактов – чрезвычайной устойчивости вида – более чем достаточно для законного скептицизма. Для одного из видов быстроразмножающихся бактерий удалось поставить experimentum crucis – решающий эксперимент: за десятилетия популяция прошла путь, соответствующий сотням миллионов лет для высших животных, да еще при постоянном мутагенном давлении. Результат: мутации рано или поздно элиминируются, вид постоянно возвращается к исходному, а бактерии выделены в специальный таксон – не подверженный «законам эволюции» (на это, в частности, указал даже Б. Медников в книге «Аксиомы биологии»).

UPD:
Уже при n = 100 и m = 2 (чего явно недостаточно) вероятность возникновения такой самосборки имеет порядок 10^-30 (10 в степени -30). Напомним, что со времени образования Вселенной, по принятым представлениям, прошло лишь 10^17 секунд; знаменатель первого числа больше второго в десять триллионов раз. Для составления же минимально необходимых последовательностей вероятности рассчитываются посредством чисел, лишенных физического смысла – с трех-четырехзначными показателями степеней, при том, что число атомов во Вселенной оценивается «всего лишь» в 10^76–10^80, по разным источникам.

Задача самозарождения жизни в теории обычно сводится к созданию упорядоченности из хаоса в виде построения некоей первичной нуклеотидной или белковой последовательности из n компонентов m разновидностей. Уже при n = 100 и m = 2 (чего явно недостаточно) вероятность возникновения такой самосборки имеет порядок 10-30. Напомним, что со времени образования Вселенной, по принятым представлениям, прошло лишь 1017 секунд; знаменатель первого числа больше второго в десять триллионов раз. Для составления же минимально необходимых последовательностей вероятности рассчитываются посредством чисел, лишенных физического смысла – с трех-четырехзначными показателями степеней, при том, что число атомов во Вселенной оценивается «всего лишь» в 1076–1080, по разным источникам. Таким образом, речь идет о запрещенном Вторым началом локальном уменьшении энтропии без какой-либо компенсации; «открытость» системы в виде, скажем, нагревания компонентов никак не способствует решению задачи. Здесь можно привести высказывание известного физика и молекулярного биолога Дж. Бернала (кстати, лауреата Ленинской премии): «Одинокая молекула ДНК на пустынном берегу первобытного океана выглядит еще более неправдоподобно, чем Адам и Ева в райском саду [цитируется по памяти]».

Полезных же мутаций с образованием нового гена никто и никогда не видел, равно как и сверхточного хронометра с песком внутри, тем не менее на этом допущении, как на фундаменте, построено все здание современного эволюционного учения. На таком фоне существование летающих тарелочек можно считать строго доказанным, ввиду большого количества свидетелей, а уфологию следовало бы внести в разряд точных наук, сродни физике и математике.

Отметим особо, что прогрессивно-эволюционная мутация предполагает не простую рекомбинацию семантидов, но качественный рост генома – возникновение «из ничего» существенно новой информации, что с общефизической точки зрения является тривиальной ересью. Неразрешимость рассматриваемой задачи особенно наглядна, если мы перейдем от семантических блоков на молекулярный уровень – в этом случае, как уже указывалось, ее надо определять как комбинаторную. Подсчитано, что для образования любого нового белка путем геномных мутаций и естественного отбора времени существования Вселенной не хватает – показательное признание одного из адептов дарвинизма [3]. Задача образования «значащего» гена тесно смыкается с «вечной» проблемой происхождения жизни, хотя и не разрешает ее до конца, как пытаются нас уверить отдельные чересчур оптимистичные пропагандисты.

В поисках наиболее надежных данных полезно обратиться к классике: «Первые опыты Г. Меллера и Е. Альтенбурга (1919) по определению частот мутирования у дрозофилы показали, что спонтанно мутации возникают очень редко – с частотами 10-5–10-6 (один мутантный ген на 105–106)» [9] А какова доля «полезных» песчинок в хронометре? «Большинство мутаций (обычно 70–80 %) в случае фенотипического проявления настолько нарушают строение и физиологию организма, что губят его (летальная мутация). Остальные в той или иной мере снижают жизнеспособность организма, но позволяют ему выжить в благоприятных условиях (условно-вредные мутации). И лишь ничтожная доля (0,01 или 0,001 %) может в какой-то степени повысить адаптивные свойства организма (полезные)» [3, с. 28]. Таким образом, лишь одна особь из 109–1011 может приобрести приспособительный признак, да и то лишь предположительно, в потенции («ненаблюдаемые»...). Для высших это число нужно увеличить, как минимум, на несколько порядков, поскольку столь серьезные изменения в геноме половых клеток приводят, как правило, к бесплодию уже в первом поколении – речь идет, видимо, об одной особи из квадриллионов в лучшем случае. Такие числа относятся к астрономическим, но проблема этим не исчерпывается. Спрашивается: сколько нужно времени для формирования 30 000 (последние данные) генов человеческого организма, даже если допустить, что каждый раз формируются только нужные признаки, а весь процесс идет параллельно, хотя такое допущение просто нелепо: все эти гены должны рано или поздно как-то собраться по крайней мере в одной особи, да и как быть с половой несовместимостью между дивергирующими видами?

В последнее время экспериментально обнаружено, что «классическая» «схема мутационной эволюции вообще не работает. В общем виде она выглядит так: мутация генома – изменение последовательности аминокислотных остатков в белковой цепи – изменение функций белка и, как следствие, образование нового признака. Оказалось, что эти «корреляции оказываются вырожденными» [3]. На каждом этапе организм-гомеостат успешно борется с такими «усовершенствованиями», если они не безразличны для его функционирования, вплоть до «самого сильного аргумента» – летального исхода. Прежде всего, повреждения генома постоянно контролируются и исправляются «бригадой ремонтников», состоящей из большого количества ферментов, каждый со своими функциями (как, кстати, объяснят дарвинисты возникновение такого комплекса?). Их согласованные и последовательные действия устраняют от 99 до 99,9 % мутаций, по оценкам собственно адептов эволюции. Остальные и более серьезные повреждения исправляются при оплодотворении [4]. Это свидетельствует о важной конструктивной роли полового размножения в том, что можно назвать поддержанием идеи вида – каждое последующее поколение всегда ближе к исходному типу, чем родители, а не наоборот, как хотелось бы приверженцам идеи эволюции. Но и мутировавший геном не обязательно приводит к образованию нового белка. Однако если такой белок все же образовался, с ним может начать бороться иммунная система организма. При сильном мутагенном давлении эти пороги могут быть «взломаны» – и что же? Изменение первичной и даже третичной структуры белка (глобулы) еще не означает новой функции [3], а последняя отнюдь не тождественна новому признаку; новая функция – прежде всего отказ от старой, то есть больной, часто обреченный организм.

А для чего тебе этот опрос?

Вера в эволюцию учит, что однажды, давным давно, существовали живые организмы, но легких еще не было, еще не эволюционировали. Таким образом, не было информации в ДНК для построения легких. Каким то образом эта программа должна была быть написана. Новая информация должна была появиться, которой еще нигде не существовало.

Позже, когда уже были легкие, перьев нигде еще не было в мире, то есть, никакой генетической информации для перьев не существовало. Фактические наблюдения показали, что мутации полностью неспособны поставлять необходимую новую информацию в систему.10

В действительности, мутации, в общем, только ускоряют нисходящий тренд, прибавляя генетическое бремя в виде вредных мутаций, многие из которых мы все накопили сотнями за последнии поколения нашей родословной. 11

Другими словами, популяции могут изменяться и адаптироваться, так как они имеют много информации (разнообразия) в их «рецепте» ДНК. Но если только мутации не прибавляют новой информации, то при каждой вариации/адаптации общее количество информации уменьшается (по мере того, как отбор избавляется от неприспособившихся частей популяции, часть информации теряется). Таким образом, при фиксированном количество информации, чем больше мы видим адаптации, тем меньше потенциал для будущих адаптаций.

Читать статью полностью по ссылке ---> http://www.origins.org.ua/page.php?id_story=267

Эволюционисты превозносят естественный отбор, как будто он созидающее божество. Но реальность такова (с чем они соглашаются), что естественный отбор сам по себе только избавляется от информации.7 Для прибавления информации единственный возможный источник для истинно верующих в эволюцию - это генетические ошибки копирования, то есть, случайные мутации (которые потом «отфильтровываются» отбором).8 Однако проблема в том, что если бы мутации были способны прибавлять необходимую новую информацию, мы должны были бы видить сотни примеров вокруг нас, учитывая, что сейчас постоянно происходят тысячи мутаций. Но когда мы изучаем мутации, оказывается, что они неизменно приводят к потере или деградации информации. Это так даже для тех случаев, когда мутационный дефект порождает преимущество для выживания, как например, потеря крыльев на островах.9

По мере того, как организмы становятся более разнообразными, генетические пулы редеют и сокращаются.

Чем больше организмы приспосабливаются к их окружению посредством отбора, то есть, чем более специализированными они становятся, тем меньше изначально созданной генетической информации они несут в себе. Таким образом, остается меньше доступной информации, на базе которой естесственный отбор может действовать в будущем для «переадаптации» популяции в случае изменения обстоятельств. Чем меньше гибкости, тем менее способными к адаптации становятся популяции и стремятся к вымиранию, а не к эволюции.

ну, если так...то это определенно второй вариант: естественный отбор

Эволюция...

никто: Ответьте на опрос. Один из 3-х предложенных вариантов.

я не понимаю толком, что вы спрашиваете

никто: 3 варианта. Выберете одно наиболее приближенное к вашей точки зрения

2
мы - эксперимент.

аноним, вот нахуй иди, ок. Задолбал уже в каждом посте срач разводить.

по определённым догадкам, мы уже третье поколение живущих на этой планете
прикинь ?
были и карлики и великаны и летать умели и мы по больше таракана но по меньше дракона и слона )

"Странный опрос... Ты уверена,что правильно его сформулировала?
Мой ответ: была занесена из космоса.
это спам · # Написал Холодная сталь 11 февраля"
В космосе нет пидарасов