не печалься, единственный, боль то - она пройдет,
как проходят дожди, как стирается тонкий след
от крошенного грифеля, выброшенного вперед
по тончайшей бумаге, был он, и вот ведь, нет.

Девяносто седьмой, осенняя слякоть, мне скоро четыре года. У меня есть котенок с функцией "дерни за хвост". Я люблю мамин голос, друзей в садике и природу. Не люблю существо, что в шкафу у меня завелось.

Оно воет и дразнится, от мамы сделалось невидимкой, иногда, урча, перебирается под кровать. Оно все когтисто, сумрачно и двулико, даже папа никак не может его прогнать.

меня зовут Джек, мне тридцать четыре года. я начал примерно лет с двадцати семи, когда в эйфории первого перехода я понял, насколько тесен мне этот мир. другие миры вначале случались редко, они возникали сами, щелчок и сдвиг.

я входил вместо дикого зверя в клетку,
выжигал свой срок и кликуху гвоздем в бараке,
жил у моря, играл в рулетку,
обедал черт знает с кем во фраке.

Ты выбираешь женщину рассудком,
Не сердцем и не голосом души.
От этого мне делается жутко:
Как так умеют люди, расскажи?

1.

у меня есть мальчик моей мечты, он мой дом, мои дни, опора, стена и рать. 

обнимает - а у меня цветы где-то там в груди и от счастья хочется танцевать. 

прижимает к себе - сжигаются все мосты, и по телу ток бежит в миллион ампер,

отпускает - плохо до тошноты, мир становится мал, изжит и смертельно сер. 

что для тебя счастье?

может, это любимый кофе утром

или это ее тонкие запястья,

на ее хрупких плечах твоя теплая куртка.

новую линию жизни черчу для себя одна, 
учтя на ней все свои прошлые перепады. 
сверху смеются: "опять же со всем сама 
хочет справляться, и помощи ей не надо. 

дядя Вася стоял в вагоне, и с устатку его качало,
перед ним сидели три девочки с волосами цвета мочала,
очень громко болтали и ржали. дяде Васе казалось лично,

привыкай становиться старше,
не жалеть о вчерашнем дне.
это вовсе не больно/страшно -
повычёркивать всех, кто "не".