Нынче я часто начинаю прихрамывать. То на левую ногу, то на правую. Правый бедренный я просто некогда здорово ушиб, а с левым коленом получился целый сериал.

Я просыпаюсь. И если это не позднейшая редакция памяти, то сначала я просыпаюсь от мысли "Надо выучить стенографию". А секундой спустя мне на голову падает словарь Ожегова. Для справки, давняя шуточка одного знакомца про книгу, как источник знаний энд мощнейшее оружие -- как никогда уместна в данном случае. Формата 30х15 томик страниц на 250, в обшитом красной тканью переплете. Во имя знаний, в общем. 

Книга разбивает мне нос (т.е. больно и кроваво, но кости-хрящи не пострадали), на рикошете добавляет по губам и в завершение вбивает мне в грудную клетку то, что еще накануне вечером было кулоном в стиле стим-панк. Много перевитых бронзовых трубочек и здоровенный кристалл купороса в центре.

Утро по графику мироздания было засчитано, пошучено и брошено на ветер. Пробуждение немного расшатало детскую психику, поэтому даже коту досталась проповедь о вреде репродуктивной половой в его среде и неприемлимости нахождения дома лишь по 4 часа в сутки. Неинтересно перечислять такие банальности, как избитый в припадке справедливости шкаф (минус зеркало в дверце), испорченный майонез (точнее, майонезная химера -- немного не те продукты попытался замешать), вспоротый палец (плюс шрам) и последующее злобное поливание дома гемоглобином -- мужики не перевязывают порез, пока оттуда не вываливается кусок кишки. 

Дальше мне пришла в голову мысль прокатиться на велосипеде. Если уж и ветер не успокоит мои горящие пламенем ада уши, то все, можно накрываться простыней и ползти на кладбище. Единственное, судьбоносную роль сыграл тот факт, что я не подпоясал сползающие джинсы. Тогда подумалось, что я не бегать в них буду, а сидеть и крутить. Наивный албанец, готовым надо быть ко всему. На Т-образном перекрестке меня захотели сбить гнилыми жигулями, что меня невероятно возмутило. И отъехав на пару метров, я спрыгнул из седла, стал ногами и удачно вспомнил примерно три четверти малого Петровского загиба. Мне никто не мешал вспомнить весь, но не судьба, забылось. На что из жигулей полез мужик с монтировкой. А мне подумалось -- даже будь я великий воин, в такой день я обязательно найду в прыжке к мужику банановую кожуру, подскользнусь, наденусь ртом на выхлопную трубу жигуля и сдохну от засилья СО2. Поэтому я было решил свалить в закат. Но за секунду до прыжка в седло обнаружил сползающие джинсы и вероятность просто навернуться. Поэтому, тактическое отступление путем красивого рывка веловойск в закат превратилось в позорный бег чувака, мужским репродуктивным органом придерживающего велосипед. 

По приходу домой я обнаружил сгоревший процессор у пеки. Даже по сегодняшним меркам, четырехядерный интел -- это зверское процессорное железо, которое банально нечем разгонять на полную мощность. Не в плане запустить одновременно Кризис, Скайрим и Фаркрай -- в том смысле, что мне пока неизвестна софт-система, которая бы полноценно использовала характеристики такого проца. И он сгорел.

К вечеру я выражался исключительно цензурно. Все потому, что когда-то я гордился своей способностью говорить матом и не повторяться в семантических конструкциях продолжительное время. Так вот, к 19:42 я точно знал, что любая моя матерная реплика будет дублированием сказанного ранее. Исчерпались даже запасы высшего, вроде "мне монопенисуально" и "завод по изготовлению и и обслуживанию массовой модели женской вульвы". Стало просто нечем. 

За долгий день я успел много вещей. Споткнуться и лбом высадить фару припаркованной машины. Уронить телефон, последовательно: со второго, пятого и опять второго этажей. Спойлер -- телефон выжил и лишь спустя полгода утонул, находясь в шортах одного удалого ныряльщика. Выбить два пальца на руке (что вообще традиционная травма), плюнуть на поездку в травму -- вправить самому и перемотать во имя Неопухания. Не заметить раскрывшийся порез на пальце и вежливо подержаться за ладонь одной барышни -- естественно, у нее был намек на непереносимость крови. По крайней мере, паника выглядела реалистично. 

Много-много успел. Пришел домой, лег спать. Спустя полтора часа проснулся, пошел покурить на балкон на втором этаже. И, без пятнадцати полночь, спускаясь в темноте со второго этажа, навернулся в пролет лестницы и выбил колено. Продуктивный день удачливого человека.