Мы быстро распрощались, и я отправился дальше. Собственно говоря, прощания никакого не было вовсе. Как только в его руках оказался долгожданный пакет, он перестал замечать все вокруг, вскрыл пакет и стал одержимо скручивать сигарету. У меня это зрелище не вызвало никаких эмоций, абсолютно, я столько раз лицезрел это, что у меня выработался иммунитет. 

Да, я торгую героином. Даже нет, не торгую, в этом большом механизме я выступаю посредником, не более. Моя задача заключается в том, чтобы найти покупателя, позвонить, заказать нужное количество и обменять его на деньги. Не особо замысловатая схема, да? Сейчас это все уже доведено до автоматизма, так что моя работа сводится к минимуму. Клиентская база большая, все время пополняется, контакты налажены, так что даже страха никакого нет. Если честно, чувств у меня не осталось вовсе, никаких. Любовь? Нет. Родных у меня нет, друзей тоже, с девушками я не встречаюсь, животных не завожу. Бесчувственная скотина? Да, пожалуй. Так уж сложилось, что чувств во мне больше не осталось. Я не спихиваю все на обстоятельства, нет. Хотя мог бы, конечно, сказать, что у меня не было выбора. Но не скажу. Никогда. Выбор есть у всех, без исключений, и у меня он был.

Стоял солнечный день, я гулял с друзьями на улице, в тот день был мой День рождения. Ма накрывала стол в доме, отец с сестренкой надували шарики. Все в этот день было для меня. А еще мне обещали подарить велосипед. Я видел его краем глаза, когда отец завозил его в дом, большой, с маленькими педалями и огромным, как мне тогда показалось, рулем, он был истинно синего цвета, моего любимого цвета. Нагулявшись вдоволь в футбол и почувствовав голод, я помчал домой. Маленькие улочки, прохожие, солнечные лучи, все мелькало так быстро. Бойко запрыгнув на нижнюю ступеньку, я взглянул на часы, подаренные мне отцом, так-так, на дорогу ушло 4 минуты - мой новый рекорд! Я был счастлив. Забежав в дом, я не сразу заметил посторонних людей, какие-то тела на полу и запах газа. Я схватил со стола кусочек колбасы и быстро запихнул в рот, чтобы ма не увидела. Потом мое внимание привлек шоколадный торт, необъятных размеров, с маленькой фигуркой наверху, моей фигуркой. Ай да мама! Только теперь я обернулся и тут же пожалел, что это сделал. В комнате было четверо мужчин, еще двоих я увидел на кухне, они что-то искали, я знал, что они ищут наркотики. Хоть мне было всего 13 я не был маленьким и глупым, я давно знал, что папа приносит домой в маленьких пакетиках не муку, ибо зачем же тогда он ее прятал в сливной бачок?! Я знал, что это наркотики, и знал, куда отец все прячет. Тут я уловил запах газа и скривившись, отвел взгляд в пол, и, о боже, увидел мертвые тела на полу, мамино, папино и маленькое тело сестрички. Какое ужасное чувство тогда охватило все мое тело, это был даже не ужас, а нечто более страшное, до сих пор не знаю, что это было. Но тогда я не мог пошевелиться, думал, что, быть может, мне все это снится, и даже ущипнул себя. Теперь немного болела рука, а сон все не заканчивался. Оказывается, что с того момента, как я зашел, прошло меньше минуты, и никто еще не успел меня заметить. В голове у меня тут же  мелькнула мысль.