Очень часто мне снится заснеженная вершина:
Серый камень и небо сжимают меня пружиной,
А внизу люди носятся бешено-муравьино,
Мир удушливый, суетной.

Позади все лавины, все бури и все метели.
Солнце близко - настолько, насколько сама хотела,
Но и здесь, у высокой, тяжелой, прекрасной цели,
Ледяной убивает зной.

Тридцать первое августа. Холодно, одиноко.
Просыпаюсь - и веет тоской из дверей и окон.
Вот закутаться бы, завернуться в уютный кокон
И до самой весны проспать.

Если на высоте поднебесной внутри все так же - 
Может, черт с ним, с больным, белоснежным, пустым пейзажем?
Снег искрится, но если сжимаешь, мол, это важно - 
Остается вода и пар.

Я иду за теплом, как невротик за разговором,
По другой траектории, в сторону, а не в гору.
Дай мне руку, ты стал для меня бесконечно дорог,
Я совсем не смогу сама.

Сто дорог распрямились уверенно и свободно.
Как жемчужина, мягко мерцает тепло в ладонях.
Нет, последний день лета не будет таким холодным,
Как предсказывала зима.

(с)