Я благополучно закончил моё пятилетнее обучение с целью получения высшего образования на факультете международных отношений очень уважаемого регионального ВУЗа по специализации внешняя политика.  Сразу после ВУЗа мне посчастливилось поработать в не менее уважаемой региональной торгово-промышленной палате за очень скромную заработную плату и большое уважение со стороны коллег, которые, как и я, получили образование на факультете международных отношений и в поиске устойчивых международных связей закончили в палате.

Как только я стал работать в департаменте международных связей торгово-промышленной палаты, сразу стало очевидно, что, к сожалению, уважаемый в регионе ВУЗ не дает никаких практических навыков в отношении поведения с представителями иностранных государств. Благо в палате я получал весьма скромное вознаграждение за свой труд международной направленности, поэтому до дома я ходил пешком и по дороге много размышлял над внешней политикой. 

Мой первый опыт международного общения пришел вместе с делегацией из одной африканской страны, название которой я, как уже опытный специалист международной сферы, умалчиваю. Так вот, делегация состояла из стрех человек. Консула, его помощника и переводчицы. Первая проблема возникла при расстановке табличек с именами гостей. Кто и где сидит – вот в чём вопрос. Когда выяснилось, что у российских почти дипломатов есть весьма логичная схема рассадки: дорогой гость сидит со стороны сердца представителя принимающей стороны, а с другого бока к гостю пристраивается переводчик, помощник сразу отпал. Господ мы рассадили как полагается, начались переговоры и прочие реверансы о холоде, голоде и дорогах России. Несмотря на мои пещерные представления об африканцах, они вполне удобно себя чувствовали в неприятном резко континентальном климате, и очень лестно высказывались о нашей природе и культуре – всё исключительно на своем африканском наречии. Следующим этапом моего дипломатического взросления стало внезапное лингвистическое открытие. Сразу после встречи, консул на пушкинском русском языке поинтересовался у меня, где он может приобрести кедровые орехи, которыми так славится наш край.

Я от неожиданности растерял все свои дипломатические навыки и прямо спросил, отчего уважаемый консул не говорил с начальством на русском, коли так лихо чешет на нём, почти как на родном языке. Тогда консул просветил меня, что консулам этого делать не положено, поскольку каждый консул в душе шпион. А шпион должен прикидываться, что он глупее, чем на самом деле есть, чтобы его не раскрыли. Потом консул проникся ко мне, видя детский восторг и изумление в моих преданных международным отношениям глазах, и просветил, что настоящего шпиона можно отличить по походке. Человек может подменить и натренировать всё. Но походка при слежке всё равно проскочит. Доля секунды и агент раскрыт. Мой восторг сменила волна признательности по отношению к иностранному гостю, бывшему шпионом в душе.

Между делом я поделился ценной информацией с фсбешником, который под видом сотрудника палаты присутствовал на встрече. Он посмеялся в ответ и сказал, что я безнадежен. Я поинтересовался, чем же. И фесбешник мне ответил, что видел, как я двери в кабинет открывал. Оказалось, что настоящий специалист в области международных отношений открывает двери правой рукой и перед входом слегка отходит за открывающуюся дверцу, чтобы вероятный агент разведки, прячущийся внутри, не приведи господь, не затащил его вовнутрь и не использовал в своих шпионских целях. Таким вот образом я стал накапливать ценную информацию и развивать свои практические навыки международного общения.

Я был благодарен судьбе за то, что попал в торгово-промышленную палату, и скудный заработок не испугал меня и не стал преградой для открытия тонкостей международных отношений. Высокая дипломатия идет с низов. Такими темпами мне и до верха добраться не так далеко. 

За три года работы я уже знаю, что американцы до сих пор считают, что нам нечего есть и детям не с чем играть. Поэтому они почти всегда привозят гуманитарную помощь. Чехам нельзя пить водку, потому что после водки, они теряются на улице без верхней одежды и в поисках медведей. А если на встречу приехали азиаты, то без еды разговор не пойдет. Они говорят, когда едят или разбегаются в разные стороны до обратного вылета. 

Подводя итоги, со знанием дела заявляю:  пять лет на МО, практика в посольстве и курсы иностранных языков с носителями - это всё несерьезно по сравнению с опытом жизни. И если вы знаете, кто такие оппортунисты и коллаборационисты, совсем необязательно вы специалист сферы международных отношений. 

Тонкость международных отношений заключается в отношениях личных и опыте. И на заметку: не давайте корейцам водку, придется ночью искать караоке, а с турками не говорите о еде – вернее, пусть они говорят, вам следует только слушать.