Меня чета попёрло писать лор для книги. Сюжет я уже давно примерно знаю какой будет, но он в лоре происходит очень поздно, а событий много, нужно все расписать, чтобы был плотный контекст, интересная база. В общем, чтобы не забывать интересные идеи, которые можно использовать, я оформляю их в виде мини сценок, которые мне просто приятно писать и которыми можно, если забыл, вдохновиться. Вот вам три свежих штучки:
Жижа
Железный паук, четыре ноги которого росли из комка сросшихся баков и трубочек, отслюнявил из краника в миску примерно десять столовых ложек густой белой пасты.
— Фу, ебать, что это за хуйня?..
— Жижа. — ответил лейтенант с возмутительно прямым лицом. — Вы теперь будете это есть, пока находитесь в лагере.
— Я че на собаку по вашему похож?..
— А тут ничего другого нету, голубчик. Поставок больше не будет, последние сухари сегодня кончились.
Горя лизнул кончик ложки, испачканый в массе.
— Ладно... На вкус оно вроде съедобное...
— Вот и хорошо. Може...
— Погоди, а чё это за штука вообще? Ну, откуда вы её выдрали, что она жижу эту выдаёт?
— Нашли в лагере Шабаша один такой опытный образец. Учёные посидели над ним, сказали, дескать «Аппарат из воздуха крахмал выделяет», чертежей начертили, чертежи на завод, а с завода копии образца к нам. Теперь такие как ты будут гадать насколько полезно питаться этой спермой на постоянке.
— А, так оно опасное?
— Нет, там всё просто: углекислым газом из воздуха насыщается вода, бактерии его ферментируют, часть крахмала сами едят, часть оставляют на потом. Вот это «на потом» у тебя в тарелке, там просто крахмал, вода, соль и бумага. Самое сложное это сами бактерии и фильтр... Короче, попиздовал хавать, опездол!
Пальцы
Циб, увидев, что одну из его жён тащет за волосы фаланга, залетел на коня и ветром помчался на врага. Он пустил три стрелы, но они отскочили. Удар хопеша, даже разогнанный скоростью лошади не нанёс никакого видимого ущерба, лишь заставил защититься и бросить девушку. Жена выхватила меч из ножен на поясе фаланги, попыталась посечь её, но лезвие соскальзывало с металлической чешуи. Фаланга саданула девушку по ноге, из-за чего она упала и более не смогла подняться. Циб уже разворачивался для следующего налёта. Фаланга вложила свинцовую пулю в кармашек пращи, дала три оборота, и спустя одно хлёсткое движение рукой шлем Циба слетел с головы, а сам он свалился прямо у меча, которым его жена безуспешно защищалась. Он схватил меч за клинок, попытался пробить броню фаланги гардой, но она споймала меч за яблоко одной рукой, а с помощью другой сильно ударила латной рукавицей по пальцам Циба. Пальцы посыпались на землю.
Цуцы всегда будут первыми
Стена разукрашенных лодок приближалась к причалам на белом берегу. Походы закончились успешно, соседи их запомнят... Лис доказал, что он достоин большего, нежели другие дети куркуля, но, к его сожалению, его встреча с отцом внезапно отложилась.
— Сколько времени отец не отправлял вестей... Я вернулся домой, но я не чувствую триумфа, лишь тревогу.
— Да, именно. Берег тихий, никого нет.
— А-у-у-у-у-у-у-у!.. Братья!.. Лис вернулся!.. Поздравьте нас!.. Э-э, у нас много золота!..
Единственным, кто хоть что-то на это ответил, было эхо.
Эти берега в это время обычно кишат торговцами, рыбаками и...
— Рыба!? Только одна!?
— Нет рыбы!
— Где она?!
— Ох, мы прокляты!
Лис приподнял руку, все притихли и уставились на него. Он указал двумя пальцами вперёд, на столб дыма за горизонтом и сказал:
— Сечь горит... Вот почему нас не встречают... Идём.
Тяжелые шаги Лиса топили его в снегу. Войны окружили его тесным слоистым строем, оставляя вокруг него ровно столько пространства, сколько нужно, чтобы переставлять большие куркуличьи ноги.
Вокруг сечи кружили стычки между членами племени Лиса и иноземцами. Сытый и гордый отряд Лиса легко отбил рейдеров, ведь те были худые, заторможенные, голодные. Он со своими приближёнными ворвался в отцовскую палату.
— Лис... Ты вернулся...
— Что происходит? Куда делась рыба?
— Я не знаю... Просто не пришла... её нету два года как.
— Два? Два?!.. Меня как-раз два года и не было... Ну на кого Ты нас оставил то... Так а те, чего они пришли? Они на наших охотились?
— Да, так и есть. На востоке уже никого не осталось, на западе, на юге... Все голодают, друг друга едят. Мы два соседних племени истребили, нам их на пару месяцев хватило... Они тоже закончились... — Опухшие губы Отца плохо справлялись с вэобразными буквами, но его речь пока-что можно было понимать.
Лис отвернулся, опустив руку с нефритовой палицей, вымазанной чьими-то бирюзовыми мозгами. Он вышел из палаты и сел у кострища. Он начинал понимать что происходит. Когда они пересекали границы своих морских территорий, ему очень не понравились испытанные им ощущения. Там как-будто была выставлена невидимая, неосязаемая стена, построенная из мигреней. Лис, уведомив остальных, отправился на границу со своими воеводами.
— Вот! Ох, ай-ай, чувствуешь, Люст? — сказал Лис, держась за рога, и корчась в лёгкой агонии.
— Не-а.
— Ну раз не чувствуешь, то ты и ныряй! — с лёгкой попыткой отыграться на бедной фаланге скулил куркуль
Через пятнадцать минут Люст всплыл лицом вниз.
— Блять!.. Доставайте его!
Лис перескачил несколько лодок, чтобы добраться до него.
— Ну, эй! Люст! Давай, просыпаемся, рановато помирать!
Он так и не проснулся. Сердце просто остановилось.
— Смотрите! —несколько рук показались из одной лодки указывая в сторону воды. — Рыба!
Рыба там и правда была, целое дно состоящее лишь из неё. Её переливающияся чешуя светила мутным солнцем, иногда его свет закрывали пятна в форме акул и тюленей.
— Как это? Кто мог это сделать? — в унисон гагатали войны.
— Дараски нас предупреждали. Оно пришло.
— Что пришло?
— Шабаш пришёл. Они нас убьют, чтобы напугать всех остальных.
Войны были благородны и бесстрашны — из каждой лодки раздавались лозунги: «Умрём за нашу землю!», «Смерть Хорсу», «Мы не сдадимся без боя», «Заберём их с собой!». Лис улыбнулся им в ответ.
Цуцы стали примером для бальтов. Они показали, что те, кто даёт отпор Шабашу, исчезают.
/// я вот щас перечитываю и боже, как же это все непонятно для левого человека. Ну кароч похуй, пусть лежит.
