Идеальные отношения ,если вы... ссоритесь как муж и жена, болтаете как лучшие друзья, флиртуете как 16-ти летние подростки и заботитесь друг о друге как брат и сестра.

В салон почти пустой маршрутной «Газели» с трудом влез старик. Единственный пассажир в маршрутке, молодой парень-студент, оторвавшись от окна, окинул дедушку взглядом. Тот был очень старый, его лицо было сплошь в морщинах, а в водянисто-голубых глазах была грусть. Присев на свободное место, он, кряхтя, полез в карман своего старого пальто. Кондуктор, уже немолодая женщина, смотрела за его движениями в ожидании того, что старик достанет десятирублевую купюру и заплатит за проезд. Однако старик не торопился этого делать. Он долго шарил в кармане, потом начал шарить в другом. Видно, не найдя того, что надо, он полез во внутренний карман пальто. Все это он делал очень медленно. Это начинало раздражать кондуктора. Она уже и билет оторвала старику, однако тот не торопился с оплатой. Женщина очень устала за сегодняшний день: чтобы успеть на работу, она встала в половине шестого утра и с тех пор не смогла нормально отдохнуть.
Старик тем временем все еще никак не мог найти того, чего искал. Он отстегнул пальто и полез в карманы своего твидового пиджака, на воротнике которого блестела звезда. Парень-студент, увидев ее, прямо-таки ахнул: это была звезда Героя Советского Союза. Рядом со звездой он также заметил несколько орденов: «За отвагу», Орден Великой Отечественной войны, медаль «За освобождение Ленинграда».
Кондуктор тоже заметила то, что было на пиджаке старика, однако значения этому не придала. «Эти все медальки любой прицепить может.… Пусть показывает корочку ветерана» - с раздражением подумала она, прощаясь с целыми десятью рублями, которые старик, судя по всему, не заплатит.
Однако старик не мог нигде найти удостоверения участника Великой Отечественной войны. Потом он вспомнил, что оставил его дома.
- Дочка, я – ветеран, забыл дома удостоверение просто вот чего-то… - прекратив шарить по карманам, с трудом сказал старик, попытавшись улыбнуться. Не так давно он перенес инсульт, и теперь каждое слово давалось ему с трудом.
- Без удостоверения не выпущу. Эти медальки вон твои, дед, ничего еще не говорят, такие на базаре может любой купить да ходить с ними потом, - со злостью выпалила кондуктор.
- Доченька… Да где ж ты такие медали-то найдешь?… - удивленно спросил старик.
- Мне плевать, дедушка, или показываешь удостоверение, или плати за проезд, - в ее голосе слышалось раздражение.
- Да я же тебе говорю, что забыл я удостоверение дома. А денег-то нет у меня с собой. Да ты посмотри на медали-то мои! Я же Герой Советского Союза! Где ты такие медали достанешь, доченька?
- Сейчас все можно достать!
- Неужели мы ради таких, как ты, шестьдесят лет назад в окопах под Ленинградом ползали? – в голосе старика не было ярости, в нем была странная грусть и сожаление. – Мы же ради вас, детей наших, фашистов убивали, сил не щадя, доченька! Ради того, чтоб над вами мирное небо было, воевали мы, не зная отдыха! Доченька… - старик замолчал, посмотрел куда-то вдаль, в окно, вздохнул и полез в карман за кошельком. Достав его, он вытащил оттуда помятую купюру.
Женщина сидела, явно торжествуя. Она что ли виновата, что старики всякие удостоверения дома забывают, в конце концов? И врут еще, что денег у них нет!
- На, возьми, доченька… Последние денежки отдаю.
- Дедушка, постойте! – вдруг подал голос парень. Он достал из кармана десятирублевую купюру и протянул женщине. Последняя была в растерянности. Неужели парень решил заплатить за старика? Ну, хотя, деньги-то его, что хочет, пусть и делает. Она дала студенту билет. Тот, в свою очередь, дал его в руки дедушке.
Ветеран дрожащими руками молча принял билет из рук юноши.
- Спасибо тебе, сынок… - чуть слышно прошептал он. – Здоровья тебе, родимый, и всем твоим родным, любви, счастья… Спасибо, родненький…
Парень лишь улыбнулся в ответ.
- Да не за что, дедушка. Это вам здоровья и счастья! Спасибо вам за все, дедушка, спасибо вам за нас, за мирное небо над нашей головой…
Старик отвернулся к окну. Дрожащими руками он сжимал в руке купленный парнем билетик. Потом он закрыл глаза. Из глаз его потекли слезы…

Если бы у грудничков был свой форум. какие бы темы там обсуждались:
1. 'СОС! Мама всю ночь спит!'
2. 'Мои голопопые фотки в Интернете. Как с этим бороться?'
3. 'Титя отдельно от мамы-такое возможно?'
4. 'А вас целуют в попу?'
5. ' Подскажите логопеда для бабушки. '
6.' У кого было? Мама что-то фальшиво подвывает и мешает уснуть. '
7. 'Масик, зайка, солнышко, лапусик, котик…Как узнать своё настоящее имя?'

8. 'Мама как ненормальная радуется моим какашкам! К какому специалисту обратиться?

Приходит семья в
зоомагазин, хочет купить
попугая, но там остался
всего один, сидевший в
дальнем углу... :) спросили:
Почему его не берут?
Продавец ответил: Он до
этого в публичном доме
жил. :) - Ниче, покупаем!
Дома дочка занесла клетку
в комнату, сняла с клетки
накидку... И попугай сходу
кричит: Я смотрю у нас
девочки новые! ) на крик в
комнату забегает жена. -
Них...я себе и мамочка
поменялась! ) На мат
забегает отец. - Опа, а
клиенты то старые, привет
Серега! ))))

Произошло это происшествие весной 1994 года. Молодой американец по имени Роналд Опус решил покончить с собой. В предсмертной записке было написано, что он, Роналд, пошел на этот шаг из-за финансовых трудностей и непонимания со стороны родителей.

После написания этого послания мистер Опус залез на подоконник и бросился вниз с девятого этажа. Маловероятно он сделал бы это, если бы знал, что работавшие в тот день в доме мойщики окон натянули на уровне седьмого этажа страховочную сетку. Так что, пролетев два этажа, Опус просто рухнул бы на пружинящую сетку с мокрыми штанами, но вполне живой. Но тут вмешался фантастический случай. Просто-таки фатальное невезение!
Когда Роналд пролетал мимо окна восьмого этажа, в его голову из комнаты попал заряд дроби, выпущенный жильцом на восьмом этаже. Пока полиция доставала труп с сетки и устанавливала личность покойного с почти полностью снесенной выстрелом головой, детективы решили, что стрелявшему - нужно предъявлять обвинение в непредумышленном убийстве. Ведь если бы не выстрел, Роналд Опус остался жив, упав на сетку.

Дальнейшее разбирательство обнаружило новые факты. Оказалось, что старик стрелял в свою жену, но не попал, и заряд угодил в окно. Значит, мелькнуло у детективов, нужно корректировать обвинение - к непредумышленному убийству добавить покушение на убийство (жены). Просто в моменты гнева и ссор с женой он всегда хватал со стены незаряженный дробовик и делал "контрольный выстрел" - пугал жену щелчком курка. Это было уже как бы семейным ритуалом. По утверждению обоих супругов дробовик всегда висел на стене и никогда никем не заряжался. Значит, в соответствии с американскими законами, обвинение в непреднамеренном убийстве теперь лежало на том, кто тайно зарядил дробовик.

Кто? Выяснив, что свободно войти в комнату задиристых супругов мог только их сын, полицейские детективы связались с его другом и выяснили много интересного.
Зная, что отец часто угрожает матери висящим на стене оружием, сын тайно зарядил его, надеясь, что при первом скандале тот застрелит мать, а сам попадет за решетку. Однако последние несколько недель супруги жили на удивление мирно, чем несказанно огорчали неудавшегося мстителя. Где он, этот подонок?

"Как где? - удивился старик.
- Сын живет этажом выше..."
Да, искомым сыном оказался сам... Роналд Опус! Это он зарядил дробовик, а когда месть не удалась, в отчаянии выбросился из окна. И был застрелен своим же зарядом. Своим же отцом. Которого хотел засадить в тюрьму. Самоубийство свершилось, хотя и не совсем так, как этого хотел Опус...

Хотя вся эта история и похожа на выдумку, но она является фактом, зафиксированным!

ТЕБЕ НИ КОГДА НЕ СТАТЬ СОЛДАТОМ!

Холодный ветер задувал редкие волосы Кирилла. Вскоре малыш начал трястись от холода.
- Я хочу быть как все, - захныкал он. Мама была совсем рядом, её теплая рука крепко сжимала маленькую ладонь Кирилла.
- Ты никогда не будешь, как все, - прошептала она.
От звука этого холодного, беспощадного приговора Кирилл вздрогнул и проснулся. Он нащупал одеяло, и неуклюже натянул его себе на голову. Кто-то зашел в комнату.
- Вставай, уже светло, - сказал брат.
- Где мама? – буркнул из-под одеяла Кирилл.
- В магазине, сегодня к нам придет тетя Эльмира со своим сыном.
- Ненавижу его, он постоянно дерется.
- Я тебя в обиду не дам, - сказал Саша.
- Я могу сам за себя постоять, - проворчал Кирилл. Вставая с постели, он нечаянно задел рукой тумбочку, и все игрушки стоявшие там опрокинулись. Он не заметив этого, направился в ванную…
Приход гостей был назначен к семи вечера. И вот когда все члены семьи: мама, папа, Саша, Кирилл были расчесаны, одеты и надушены, прозвенел звонок в дверь. Гости вошли, занося с собой свежий морозный запах. Кирилл сразу почувствовал его, он всегда хорошо улавливал самые тонкие ароматы.
Мама повела гостей к столу, детям было предложено поиграть в комнате в новую игру, которую купила тетя Эльмира. Кирилл не стал играть, он пошел вслед за мамой на кухню.
- Тебе помочь? – спросил он, уже, наверняка зная, что мама откажет.
- Нет родной, лучше иди играть с Ваней и Сашей.
- Я могу помочь, - настаивал Кирилл.
- Хорошо, отнеси графин с соком, - сказала мама, сунув ему в руки тяжелую, холодную ношу. Кирилл осторожно дошел до зала…
- Пап возьми, - крикнул он у дверей, протягивая сок. Отец взял графин из его рук и поставил на стол.
- Кириллушка, как вырос, - как обычно защебетала тетя Эльмира, - уже маме помогаешь, какой молодец, не то, что мой бездельник.
Кирилл улыбнулся, но про себя подумал, что он совсем не молодец. Он поплелся в детскую… Там он сел в угол и начал рисовать неаккуратные каракули.
- Кирилл, а кем ты хочешь стать, когда вырастешь? – спросил Ваня.
- Солдатом, - по-своему обыкновению буркнул Кирилл из угла.
- Тебе никогда не стать солдатом, - сказал Ваня.
- Нееет! Я стану солдатом. Я такой же, как ты. Я ничем не отличаюсь от тебя и от других людей! Я стану солдатом! – закричал Кирилл, и убежал в ванную. Он запер дверь на замок и пробурчал:
- Ненавижу! Ненавижу свою слепоту!...

играть в халву довольно просто 
надев на голову мешок
пугать соседей глупым видом
и диким криком я халва

у меня есть подозрение, что все
люди, которых я любила, думали, что

я люблю кого-то другого

Я тебя никому не отдам -
Замерзающий плакал котенок,
Умудренный не по годам,
Рыл он снег серебристый под кленом.
Навсегда я останусь с тобой,
Я спасу нас обоих от стужи,
Потому что под этой луной
Мне никто больше в мире не нужен,

Я сейчас закопаю нас в снег,
Там тепло, отогреются лапки,
Мимо быстро прошел человек,
В зимней куртке и в пуховой шапке.

А потом все опять расцветет,
Будет солнце сиять над землей,
И никто никогда не поймет,
Что пришлось пережить нам с тобой.

Ты держись, не смотри, что я мал,
Что в кровь изодрались лапки,
Я не выдохся, просто устал,
Ничего, нам помогут боги,

Нет, серьезно, я слышал о них,
Есть такие кошачьи боги.
Даже ветер в долине стих,
Слушал сказ малыша у дороги.

А котенок копал и копал,
Вспоминая о солнечном лете,
Он, безумец, еще не знал,
Что остался один на свете.

Рядом с ним, на седом полотне,
Еще теплое тело лежало,
А из глаз, по мохнатой щеке,
Золотая слезинка бежала.

Эй, малыш, перестань копать,
Все равно ей уже не поможешь,
Будет лучше тебе поспать,
О нее погреться ты сможешь,

Но безумец не слышит, сопит,
Он не сдастся теперь холодам
И упрямо во мглу твердит,
Я тебя никому не отдам.

Время - за полночь, люди спят,
Находясь в поддельном раю,
У котенка глаза блестят,
Он закончил работу свою,

Тихо, тихо ступая на снег,
Подошел туда, где трупик лежал
И почти как человек,
Он на ушко ей прошептал-

Милая, милая моя, я с тобой,
Я тебя никому не отдам,
Я у клена, под снежной горой,
Нам построил постельку, мам,

Он туда перенес ее,
А потом закопался сам,
Колыбельную пел мороз,
Но ее не услышать вам,

Колыбельная эта для тех,
Кто любовью всю жизнь живет,
Забывая о бедах своих,
Только верность в крови несет,

Он, безумец, в холодном снегу,
Он за ближнего душу отдал,
До последнего мига, в бреду,
Он за шею ее обнимал.....

....Как большой черно-белый кот
На резиновых мягких лапах
Ехал мимо огромный «Форд»
Выдыхая бензина запах

В мягких креслах, в уюте тепла
Два уставших мужчины сидели
Меж собою тихонько шутя
Сквозь окно на сугробы глядели

- Подожди, присмотрись - видишь там?
Кто в холодном снегу копошится?
Подъезжай-ка к нему, нужно нам
Что ни с кем нет беды убедиться

Под ботинком его снег хрустит
Человек к ним подходит поближе
А фонарь - словно солнце горит
Он к земле наклонился пониже

- Ничего себе! Как же вы тут
Очутились в такую стужу?
Кто же вас в этот жуткий мороз
Так безжалостно выгнал наружу?

- Мама, мама – котенок кричит,
Посмотри, это он, я уверен
Бог кошачий пришел и глядит
Он спасет нас, ведь я в него верю

Человек, наклонился к нему
- Ох, боюсь, холодна твоя шкурка,
Полезай-ка, погрейся, малыш
Взял пушистый комок он под куртку

Взял он на руки кошку – жива
Ну теперь потерпи немножко
Мы не бросим в беде никогда
Будь ты даже бездомная кошка

- Глянь, напарник, кто тут у нас
Говорит человек другому
Не дай бог оказаться сейчас
На снегу, без одежды, без дома

- Ну-ка, дай я на них погляжу
Но мы сами помочь им не сможем
У центрального я запрошу
Пусть кошачий нам доктор поможет

Ноль девятый – центральному – мы
Подобрали котенка и кошку
Очень сильно замерзли они
Нам кошачья нужна неотложка

Отозвался центральный – сейчас
На углу Риверсайд и тридцатой
Доктор есть, позвонили – ждет вас
Вам удачи в пути, ноль девятый

Рыкнул грозно железный кот,
Громкий вой раскатился гулко
Нипочем ему холод и лед,
Шестьдесят миль в час – просто прогулка

Вслед бессильно глядела беда
Убегающим вдаль фонарям
Что могла она сделать, когда
Вышло так, как угодно богам?

Кошке снится чудесный сон
Что она на траве зеленой
И прекрасный кот на нее
Желтым глазом глядит восхищенно