Мама на даче, ключ на столе, завтракможно не делать.
Скоро каникулы, восемьлет, в августе будет девять.
В августе девять, семь на часах, небо легко иплоско,
Солнце оставило в волосах выцветшие полоски.
Сонный обрывок владонь зажать, и упустить сквозь пальцы.
Витька с десятого этажа снова зовет купаться.
Надо спешить со всех ног и глаз – вдруг убегут, оставят.
Витька закончил четвертый класс – то есть почти что старый.
Шорты с футболкой –простой наряд, яблоко взять на полдник.
Витька научит меня нырять,он обещал, я помню.
К речке дорога исхожена, выжжена и привычна.
Пыльные ноги похожи на мамины рукавички.
Нынче такая у нас жара - листья совсем как тряпки.
Может быть, будем потом играть,я попрошу, чтоб в прятки.
Витька - ондобрый, один в один мальчик из Жюля Верна.
Я попрошу, чтобы мне водить, мне разрешат, наверно.
Вечер начнется,должно стемнеть. День до конца недели.
Я поворачиваюсь к стене. Сто, девяностодевять.

Мама на даче. Велосипед.Завтра сдавать экзамен.
Солнце облизывает конспект ласковыми глазами.
Утро встречать и всю ночь сидеть, ждать наступленья лета.
В августе буду уже студент, нынче - ни то,ни это.
Хлеб получерствый и сыр с ножа,завтрак со сна невкусен.
Витька с десятого этажа нынче на третьем курсе.
Знает всех умных профессоров,пишет программы в фирме.
Худ, ироничени чернобров, прямо герой из фильма.
Пишет записки моей сестре, дарит цветы с получки,
Только вот плаваю я быстрей и сочиняю лучше.
Просто сестренка светла лицом, я тяжелей и злее,
Мы забираемся на крыльцо и запускаем змея.
Вроде они уезжают в ночь, я провожуна поезд.
Речка шуршит, шелестит у ног,нынче она по пояс.
Семьдесят восемь,семьдесят семь, плачу спиной к составу.
Пусть они прячутся, ну их всех, я их искать не стану.

Мама на даче. Башка гудит. Сонное недеянье.
Кошка устроилась на груди, солнце на одеяле.
Чашки, ладошки и свитера, кофе,молю, сварите.
Кто-нибудь видел меня вчера? Лучше не говорите.
Пусть это будет большой секрет маленького разврата,
Каждый был пьян, невесом,согрет, теплым дыханьем брата,
Горло охрипло от болтовни, пепел летел с балкона,
Все друг при друге - и все одни, живы и непокорны.
Если мы скинемсяпо рублю, завтрак придет в наш домик,
Господи, как я вас всех люблю,радуга на ладонях.
Улица в солнечных кружевах, Витька, помой тарелки.
Можно валяться и оживать. Можно пойти нареку.
Я вас поймаю и покорю, стричься заставлю, бриться.
Носом в изломанную кору. Тридцать четыре, тридцать...

Мама на фотке. Ключи в замке. Восемь часов до лета.
Солнце на стенах, на рюкзаке, в стареньких сандалетах.
Сонными лапами через сквер, и никуда не деться.
Витька в Америке. Я в Москве. Речка - в далеком детстве.
Яблоко съелось, ушел состав,где-нибудь едет в Ниццу,
Я начинаю считать со ста, жизнь моя - с единицы.
Боремся,плачем с ней в унисон, клоуны на арене.
"Двадцать один", - бормочусквозь сон. "Сорок", - смеется время.
Сорок - и первая седина, сорок один - в больницу.
Двадцать один - я живу одна, двадцать - глаза-бойницы,
Ноги в царапинах, бес в ребре, мысли бегут вприсядку,
Кто-нибудь ждет меня во дворе, кто-нибудь - на десятом.
Десять- кончаю четвертый класс, завтрак можно не делать.
Надо спешить со всех ног и глаз. В августе будет девять.
Восемь- на шее ключи таскать, в солнечном таять гимне...

Три. Два. Один. Я иду искать.Господи, помоги мне..