Моя   душа - как битое стекло,
Не прикоснуться голыми руками,
А, если и хрустит под сапогами,
То все равно тем сапогам назло.

Моя душа - пылающий камин,
Что зимним вечером создаст уют и негу
И будни одинокого ночлега
Она согреет пламенем своим.

Моя душа - как выпавший птенец
И не найти ей родственной опоры:
В водовороте человечьей своры
Она давно измучилась вконец.

Моя душа - пьянящий плеск вина,
Моя душа - изменчивая дама,
Она, почти как жизнь, всегда упряма,
И я почти такая, как она.

Не отрекайся от Души,
Она нежна, легка, ранима.
Что встретишь ты взамен, скажи,
В черте бесчувственного мира.
Гордыней он весь опьянен,
Жестокостью пронизан с болью,
Сильнейший - враг! А кто силен?
А тот, кто окружен Любовью!
Любить умеет лишь Душа,
В бездушных ласках мало толка.
Как отвратительно грешна
Слепая Нежность с сердцем Волка!
Душа, что в снах твоих летала,
К тебе сейчас стучится в дверь,
Чтоб твое сердце озаряла
Любовь без боли и потерь!

Я живу в преддверии чего-то,

Не могу прилечь и отдохнуть.

Все мне кажется, что рядом кто-то,

Кто изменит моей жизни путь.

Очень жду таинственного чуда,

Чтоб на все потом рукой махнуть.

Кто придет, не знаю и откуда,

Но хочу я изменить и жизни суть.

Когда звенит струна

отзывчивого сердца,

когда душа полна

любви и красоты,

без робости она

распахивает дверцу,

не пряча от людей

наивной чистоты.

Тогда она принять

и оправдать готова

и зло, и благодать

всемирной суеты,

услышать и понять

любого с полуслова,

чужие почитать

желанья и мечты,

пока судьба ее

жестоко не обманет,

и кто-нибудь в нее

посмеет наплевать...

Нет-нет, она тепло

дарить не перестанет!

Но перестанет двери

настежь открывать.

Если бы стены могли говорить

В съёмной и шумной квартире.

Знали бы все, что ты можешь дарить

Мне, как никто в этом мире

Ласку и нежность, тепло и уют,

Белые гордые крылья,

Что твои речи скучать не дают,

И берегут от бессилья.

Понял бы мир, что нелёгок наш путь,

Но у кого по-другому?

Проще всё бросить и влево свернуть

Сдавшись в ста метрах от дома.

Проще решить, что отныне ты сам

Справишься…это возможно.

А вот делить каждый день пополам

В радости, в горести…сложно.
Сплетника пусть догорает язык,

В печке, судьбою растопленной.

Жалко того, кто ужасно привык

К жизни чужой, а не к собственной.

Душа должна болеть,

Любить и ненавидеть.

И песню петь свою –

Чужой не подпевать.

И лучше, чем Глаза,

Душа должна всё видеть.

Быстрее и верней,

Чем Разум, понимать…

Вы правы, безусловно, как всегда.

Конечно, понимаю, все в порядке.

Небрежно взяв пиджак, иду туда,

Где можно выть от боли. Без оглядки

Бежать по темным улицам, наверх.

Там крыши отражаются на сводах.

Там слышен безрассудный детский смех.

Там можно перепутаться в свободах.

И ждать. Годами ждать из ночи "Да".

Быть верной данному навеки слову.

Так знай. Я за спиной твоей всегда.

Я в шаге, ровно в шаге, по-другому

Я не могу. Я за спиной у Вас.

Не важно, что не знаю форму клятвы.

Я кровью расписалась на листе.

И верю. Верю в слово "ВЕРОЯТНО".

Над головой

созвездия

мигают.

И руки сами

тянутся

к огню...

Как страшно мне,

что люди

привыкают,

открыв глаза,

не удивляться

дню.

Существовать.

Не убегать за сказкой.

Не уходить,

как в монастырь,

в стихи.

Ловить Жар-птицу

для жаркого

с кашей.

А Золотую рыбку -

для ухи.

Если что-то мне и светит,

Это солнце в небесах.

Если кто-то путь мой метит,

Это стрелка на часах.

Если кто со мной и спорит,

Это ветер на реке.

Если кто-то мне и вторит,

Это эхо вдалеке.

И никто меня не манит,

Я сама сюда спешу,

В тишину, в которой канет

Всё, чем маюсь и дышу.