Очень долго их искал, читал классе в 11м
Бред надеждой...
Карагодников Алексей НиколаевичМне знакомая до боли
Режет сердце пустота
Держит дух лишь сила воли
И надежды нагота
Не одетая в обманы
Манит вдаль меня, губя
Тянет, будоража раны
Не тоскуя, не любя
Убивает ожиданье
Может быть, полет свинца
Прекратит мое страданье
И приблизит свет конца
Нет! Тобою покоренный
Проиграл без битвы бой
Но любовью окрыленный
Все бреду я за тобой
Ни догнать, ни отдалиться
Не даешь. Мне боль смешна.
Не пытаюсь я проститься -
Даже в пытке ты нежна...
Я истерзанный судьбою
Стиснув зубы и в бреду
Волочусь, убит мечтою
Не надеясь, что дойду...
Безнадега
frensisЖила-была злая Собака.
Рычала она и кусалась.
И все разбегались от страха,
Как только она появлялась.
В подвале жила, без окошек.
Внезапно во двор выбегая,
Пугала прохожих и кошек,
Хрипя, от надрывного лая.
С большими бродячими псами
Вступала не раз в перепалку.
И в поисках пищи, часами,
Могла она рыскать по свалкам.
Хозяин ее - слесарь бывший,
Отдавший заводу полвека,
Теперь же, был попросту нищий,
Хромой одинокий калека.
Ходил он с трудом, задыхаясь.
И пил, напивался безбожно.
Ругал вечно власть, не стесняясь.
Кричал, что так жить невозможно.
С утра выходил из подвала
На улицу, в облако пыли.
А рядом Собака бежала.
Похожи они чем-то были.
Вперед шли, без всякой надежды.
Собака, как пес шелудивый.
Он в старой и грязной одежде,
С лохматой, нечесанной гривой.
Вдвоем они шли до вокзала.
Хозяин ворчал что-то строго.
Собака его оставляла,
Бежала своею дорогой.
Средь общего гула и шума,
Судьбе посылая проклятья,
Он, глядя на землю, угрюмо,
Твердил:"Христа ради. Подайте."
И солнце светило всем с неба.
И падали в шапку монеты.
Лежал брусок черного хлеба,
Завернутый кем-то в газету.
Домой возвращался он ночью.
Бутылка лежала в кармане.
Собака ждала его молча.
Два глаза сверкали в тумане.
Кусок колбасы получая,
Лизнет руку верного друга.
Старик, головою качая,
Почешет за ухом зверюгу.
И вместе войдут в комнатушку,
Спустившись по лестнице грязной.
Темно здесь, неубрано, душно.
И хлам стоит старый и разный.
Улягутся спать до рассвета.
Старик - на диван, на пол - псина.
Звучит тихо музыка где-то.
По улице едут машины.
Закончится лето с жарою.
Дожди пронесутся, метели.
Однажды, ненастной порою,
Хозяин не встанет с постели.
Собака завоет протяжно.
Но, дверь будет плотно закрыта.
И станет ей жутко и страшно.
Одна, всеми в мире забыта.
Пройдет пару дней, у соседа
Начнется ремонт в выходные.
И вспомнит он пьяницу деда
И руки его золотые...
Никто не попросит прощенья.
Погасла свеча на могиле.
На камне нет даты рожденья.
Написан год смерти и имя.
Трава, а в ней - красные маки.
Цветут, их никто не срывает.
И призрак лохматой Собаки
Хозяина прах охраняет...
начитался Брэдбери
И вылетел в окно.
Я пил из
одуванчиков
Прохладное вино.
Летал потом над городом,
И под,
И
вне,
И вну…
Кричал о том, как здорово
Остаться одному,
Оставив
где-то комплексы,
Работу и долги.
Теперь враги мои уже
Мне больше не
враги.
Они друзья душевные,
Я скоро к ним примчусь.
Я их прощу за
прошлое –
Тяжёлый сброшу груз.
Вернусь за стол свой письменный,
За
книги и уют.
И буду, буду мысленно
Прокладывать маршрут
Для вылетов
ответственных,
И внутренних, и меж…
Для правильных и ветреных,
Для
умных и невежд.
И вылетел в окно.
Я пил из
одуванчиков
Прохладное вино.
Летал потом над городом,
И под,
И
вне,
И вну…
Кричал о том, как здорово
Остаться одному,
Оставив
где-то комплексы,
Работу и долги.
Теперь враги мои уже
Мне больше не
враги.
Они друзья душевные,
Я скоро к ним примчусь.
Я их прощу за
прошлое –
Тяжёлый сброшу груз.
Вернусь за стол свой письменный,
За
книги и уют.
И буду, буду мысленно
Прокладывать маршрут
Для вылетов
ответственных,
И внутренних, и меж…
Для правильных и ветреных,
Для
умных и невежд.
