Очнулся… Дышать очень тяжело.. Начинаю понемногу приходить в
себя. В голове звон, перед глазами все плывет. Мыслей нет пока вообще никаких,
только понимание, что выжил. Все происходящее вокруг еще не доходит до моего
сознания, я только стараюсь подняться и хотя бы сесть, чтоб не вырвало.
Минута,
вторая, я начинаю что-то соображать. Я начинаю чувствовать боль во всем теле,
слышу бешеный треск счетчика Гейгера на поясе. Надо поскорей валить отсюдова.
Хотя, какой уже нахрен резон, и так сдохну от дозы рентгена. Но упорно
поднимаюсь на ноги и бреду непонятно, куда. Просто так, не думая, зачем, мозг
вдруг как-то сам отключился. Наверное, чтобы не мешать мне своими мыслями и
позволить внутреннему автопилоту довести меня до безопасного места.
Время от времени разум возвращался, тогда я успевал уловить
звук назойливого сигнала дозиметра и размытую картинку того, что есть вокруг
меня… А вокруг ничего интересного. Это потом я начну вспоминать, где я был
сейчас. Километров десять от Станции, к вечеру я наткнусь на отряд военных…
Вновь сознание ко мне вернулось не скоро. В этот раз голова
была относительно ясна, но все остальное тело пронзала немилосердная боль.
Руки-ноги слушаться меня даже и не подумали – хоть убейся, пошевелиться я не
мог. В моих силах пока была разве что возможность туда-сюда ворочать головой.
Даже малейшие движения приносили крайне неприятные ощущения, так что пришлось
отказаться и от этого.
Начал осматриваться. Я лежал на железной койке, прикрытый
тонким походным одеялом. Из окна лился непривычный теплый свет с каким-то
багровым отливом. Раньше мне такого видеть не приходилось. Какое сейчас время
суток? Вопрос чисто риторический - кроме меня в комнате никого не было. На
табуретке рядом с койкой обнаружились мои вещи. Видимо, пока я был в отключке,
меня тщательно обшманали – все, что раньше было аккуратно разложено по
карманам, лежало кучей сверху на свернутом костюме. Интересно, наладонник не
сперли? Он – единственное, что может мне дать ответ, где я и что мне делать
дальше. Кто и откуда присылает рекомендации, мне неизвестно, но это и не имеет
особого значения. Надо поскорее найти спасительный девайс.
Превозмогая боль, я попытался повернуться на бок. С трудом,
но получилось. Теперь можно было получше рассмотреть кучу моего добра. Глаза
искали один единственный предмет - миниатюрный компьютер размером в пять дюймов
по диагонали, облаченный в матовый серебристый металлический корпус. Нож,
дозиметр, синяя коробочка с инъектором и картриджами с лекарствами внутри,
«кольт», запасной магазин к нему… О! А вот и то, что мне нужно! Я потянулся
затекшей рукой к табуретке, непослушными, словно ватными, пальцами зажал в руке
наладонник и потянул к себе.
За спиной что-то противно скрипнуло, открылась дверь.
Оказалось, пострадало не только мое тело, но и нервная система – от
неожиданного звука меня дернуло, и машинка упала на пол. На каких-то пару
секунд я пришел в замешательство, а когда понял, что случилось, надо мной стоял
какой-то дедуля лет за шестьдесят и вертел в руках мой несчастный комп, до
которого мне так и не суждено было добраться.
- Э-э, парень! Да ты совсем слаб! – прохрипел он. – Где ж
это тебя так?
- Сам бы знать хотел. Отдайте мой компьютер. Может, тогда
скажу.
Хотел сперва спросить, кто он такой и где я нахожусь, но
посчитал, что оно пока подождет – сам потом скажет.
- Отдать? Так просто? Он для тебя важен, да? Значит на нем
есть инфа, которая немало стоит здесь…
Но второй вопрос задать все таки пришлось:
- Где «здесь»?
- Ты что, голубчик, совсем ничего не помнишь? В Зоне,
несчастный ты мой трофей, в Зоне…
