Горячий шоколад приятно обжигал руки через маленький пластмассовый стаканчик. Шаги гулким эхом разносились по коридору института. Кажется оно совсем заскучало, и теперь, дождавшись момента, горделиво передразнивало стук моих каблуков. почувствовав чье-то присутсвие, обернулась. Нет, там никого не было. Поежившись от холода, прислонилась к стенке и глотнула горячего напитка. Теплая волна стремительно направилась по телу, но через миг угасла. Снова пробила дрожь. Безучастным взглядом обвела студенческие репродукции, сдула непослушную челку и сделала очередной обжигающий глоток. Здесь тишина была настолько громкой, что лучше бы я оказалась на мкаде. Ноги сами повели меня в мастерские. Здесь ничего не изменилось: Дебаты о фильмах и шуршание мягких карандашей по бумаге. Клянусь, к шестому курсу я буду точно узнавать, по особенностям этого звука, владельца. Сев за свой мольберт, невольно улыбнулась. Но, как только карандаш начал движение по бумаге, улыбка исчезла. Я начала делать то, что делаю каждый день. Карандаши на выходные сменяют кисти, бумага заменяет холст. И далее по замкнутому кругу. стараясь успеть выполнить заказ или задание...быстрее быстрее быстрее... Я теряюсь во времени и теряю его, зря или нет, не знаю. Только вместе с ним пропадает и желание рисовать. Опустив карандаш, бесцельно оглядываюсь по сторонам, на доли секунды задерживая взгляд на однокурсниках. Понимаю что вот уже некоторое время разминаю больное плечо. С каждым днем оно дает мне все меньше и меньше сил на рисование. после нескольких часов работы поднять руку, сдержав при этом гримасу боли, становиться непосильной задачей.

Моросящий дождь понемногу охлаждал разгорячившиеся лицо. Шум города превратился в фоновую мелодию. Каждому шагу вторило одинокое эхо, забытое в стенах института. А в кармане пальто обреченно покачивался молчаливый мобильный.
Жаль что заботясь о будущем, мы почти не находим время на настоящие