"Я пишу тебе,мама,из части своей,

Рассказать вот хочу вам про новых друзей
И про часть,что родимым уж домом мне стала,
Забегать я не буду-расскажу все с начала.

Было тяжко,конечно, но храбро держались,
Марш-броски пробегали-ничуть не боялись.
Дедовщину мы, к слову,смогли избежать,
Но бывало,дрались,-ты должна это знать.
Кормят нас хорошо-наговаривать рано,
Придираться к еде,ты же знаешь,не стану.
Рано утром встаем и пробежка вначале.
Да что я говорю-вы итак это знали.
Стрельбы я полюбил,та любовь еще с детства,
Испытал я тогда все подручные стредства,
С парашютом прыжки совершаем здесь часто,
Кровь играет внутри, хоть оно и опасно.
В общем,все хорошо,не тревожьтесь,родные.
Будни трудно представить-они боевые.
Завтра вот перевод,уезжаем на время,
В другой части теперь понесем наше бремя.
Там немного сложнее,но это пустяк,
Ведь один мы имеем все-таки стяг.
Вот письмо я закончу,ждите-скоро домой,
Я вернусь,обещаю.Конечно,живой..."
То письмо мать читала, и рыдала взахлёб,
И не слышала весь окружающий трёп.
Успокоить пытались безутешную мать,
Но горя такого никому не понять.
То последнее было от сына посланье,
Говорил он как будто ей:"До свиданья"..
Перевод роковым оказался,смертельным,
Ей прислали письмо и крестик нательный,
Похоронку держать уже не было сил,
Только Бога молила,сына чтоб воскресил.
Но письмо,будто память о сыне, читала.
То, что ведал о смерти своей,не узнала.
И ревела,кричала от боли та мать,
Ведь за Родину ЖИЗНЬ пришлось сыну отдать.
Не понять нам,ребята,всего горя глубИны,
От чего появляются женщин седИны.
Сыновей потеряв,так не хочется жить,
Никогда нам солдат таких не забыть.
Но вернуть невозможно,мы знаем и сами,

Остается молиться с этими матерями...