Если же он даже неожиданно запланирует заиметь наследника с большей долей своей крови, то жениться не будет уж точно.

Это значит, что он будет боссом еще двадцать-тридцать лет.

Потому что он сам во многом ребенок, и если бы он и заимел наследника, то только если бы держал любовницу, по неосмотрительности тупую настолько, чтобы попытаться женить его на себе силой. Но Кёя бы не допустил бы такого.

Думаю, что раньше сорока он даже не подумает об этом.

Нет. И не собирается, как мне известно.

И еще лет двадцать ему будет впору мое кольцо.

Моне его наследник.

Почти никогда.

Я никогда тебе не лгу. Что за наследник десятого?

Потому что я не был беспомощным слабаком.

Потому что ты не хотел меня убить.

И уже после этого был подростковый период жизни моего сына.

А потом мне пришлось жениться, ты был страшно оскорблен и не хотел меня видеть несколько месяцев. Но благодаря моей настойчивости ты простил меня и даже иногда приезжал к нам.

Так вот. Когда ты занимался с ним, ты всегда страшно злился, но был сдерживал себя. А затем ты приходил ко мне. Мы несколько часов дрались, в основном, ты выбивал из себя злость посредством избиения меня. Затем мы занимались любовью. Так как ты чувствовал небольшую вину. А вечером мы ужинал все вместе.

Я хотел вспомнить что-то веселое, но та история в основном рассказывала от том, насколько я плох в семейной жизни.

Нет. В образовательных целях. О той истории забудь. Она не стоит твоего внимания.

Ты был его крестным отцом.

Так вот. Ты взялся учить его немецкому, так как я на немецком на тот момент умел хорошо ругаться и знал только разговорный.

В пятьдесят ты бил меня меньше, но жестче.

Возможно я не был идеальным отцом...

Когда мой первый признанный сын впервые влюбился в девочку, он рассказал об этом тебе.

Напомню, нам на то время было больше пятидесяти.

Во всяком случае, ты бил меня меньше обычного.

Мы с тобой пошли на всемирную выставку, ты все ругался, что Эйфель испортил твой город. Мы смотрели на достижения прогресса, ты продолжал ворчать, хотя и был увлечен. Вечером ты оскорбился моим поведением и сбежал. Открывался Мулен Руж, сам понимаешь. Поэтому я скупил полный магазин фейерверков и украл тебя на 300-метровую, где и взорвал их, извиняясь перед тобой. И ты даже немножко простил меня. Хотя и не до конца.

Почему даже исходя из моих радостных воспоминаний, ты ухитряешься меня критиковать?

Ты не настаивал. Ты изъявлял пожелание, которое было обязательно к исполнению. Если говорил. А когда мы занимались любовью, ты не говорил. Ты делал, что хотел, потому что, как ты всегда повторял, хочешь сделать, сделай сам.

Я не мог тебе отказать. По многим причинам.

Ты мне разорвал брюхо, как с этим заснешь?

После ужина, мы продолжили обсуждать детали плана. Дошло до ругани,и я предложил тебе вернуться на родину. Мы с тобой подрались, ты избил меня больше обычного. Говорил, какой же я омерзительный мудак, после чего ты зашил мне брюшину и занялся со мной любовью. А когда думал, что я уснул, признался мне.

Точнее в спину.