Я хочу, чтобы президентом стала лесбиянка. Я хочу, чтобы

президентом стал больной СПИДом, и чтобы премьер-министром стал гомик или человек без медицинского страхования, который вырос в местности, где земля настолько пропитана токсичными отходами, что невозможно не заболеть лейкемией. Я хочу президента-женщину, сделавшую аборт в шестнадцать лет, и кандидата, который не был бы попросту меньшим из двух зол, хочу, чтобы президентом стал человек, который потерял свою последнюю любовь из-за СПИДа, который держал свою любовь на руках и знал, что она умирает, и каждый раз, закрывая глаза, переживал это снова. Я хочу президента, живущего без центрального отопления, стоявшего в очередях в поликлинике, в службе по безработице, за социальной помощью, бывшего безработным и попавшего под сокращение; того, кого принуждали к сексу, кого избивали на улице за гомосексуализм и кого депортировали. Я хочу, чтобы президентом стал человек, проведший ночь в камере, у которого в саду перед домом выжгли крест, и который пережил изнасилование. Я хочу кого-то, кто любил и страдал, кто уважает секс, кто делал ошибки и учился на них. Я хочу, чтобы президентом стала женщина с серым паспортом. Я хочу, чтобы президентом стал человек с испорченными зубами и враждебным отношением, который ел отвратительную больничную пищу, был трансвеститом, принимал наркотики и лечился от них. Я хочу, чтобы президентом стал человек, совершивший акт гражданского неповиновения. И я хочу знать, почему это невозможно. Я хочу знать, когда мы согласились на то, чтобы президент был шутом: он всегда покупатель секса и никогда – проститутка, всегда хозяин и никогда – рабочий, всегда лжец, всегда вор и всегда – не пойман.

"I want a president...", Zoe Leonard, 1992