Рояль.
Его тайна. Его тихая страсть, бушующая в громкой тишине его одинокого сердца. Секрет его мыслей и желаний. Его личный Эдем. Его хаотичный порядок. Его красочная бесцветность. Его душевная горькая радость. Его. Не важно кто он и где. Возможно он существует, а возможно он лишь фантазия, страдающего от одиночества, или, попросту от безделья человека. Который писал вам эти недолгие строки. Не важно. Он в каждом из нас. У каждого свой. Но главное для каждого, он слишком личное.
В изношенном пальто и потрепанной от времени шляпы, он тихонечко, совсем не скоро ступал по первому этажу, однажды величественного здания. Когда-то здесь проводились званные вечера, и эти стены вмещали в себя много шума, микс радости, восторга, счастья и наслаждения прекрасным чувством бездумства о завтрашнем дне, только сейчас и только веселье. Величественные дамы в неимоверных туалетах, восхищенные новыми шелками импортированными с заграницы, и их важные господа во фраках, горячо обсуждающие биржевые издержки. Высокие потолки, увенчанные хрустальными люстрами и изумительный не умолкающий оркестр. И лишь официанты не поспевавшие подливать гостям шампанского, казалось бы недовольны. Теперь же это груда развалин.Проломившиеся доски в полах, да разбитые хулиганами окна. От прежнего лоска не осталось бы и следа в этом месте под снос, если бы не одно. Гордо возвышаясь на своем месте, по прежнему стоял рояль, покрытый толстым слоем пыли и осыпавшейся штукатурки.
Он не умел играть, и никогда этого не делал. Все, что он мог себе позволить это стоять напротив рояля, легко проводя замерзшими пальцами по его клавишам, издававшим еле слышный глухой звук. В этот момент фантазия уносилась в его особенный мир. Тогда его глаза зажигались веселой искоркой задумчивости, а губы растягивались в слабой улыбке. Он чувствовал, что существует сейчас один. И он был один, в своем воображаемом городе счастья.
