Когда мне будет 20, я буду полностью уверена, что ничего страшного в этом нет, потому что ты показал еще полгода назад, что жить после двадцати десять лет еще точно можно. Ну, тебе еще тогда писали, что ты единственное среди нас всех доказательство того, что жизнь после 30 существует. А что мне делать через десять лет?
С таким образом жизни и участившимися попаданиями в больницу и кому ты оставляешь неуверенность в том, что ты станешь единственным доказательством того, что жизнь после 40 существует. 
И от этого невероятно страшно сейчас стало. Ты не можешь пообещать задуматься о своём здоровье ради моих страхов. И становится страшно от вероятности, что в течение этих десяти лет тебя может не стать.

ты никогда не прочитаешь то, что я пишу тебе в вечерних автобусах, за завтраками, на парах. то, что, не спрашивая, накрывает меня.