А теперь эту фразу я слышу уже от матушки. И с каждым разом понимаю, что есть в ней "соль" да здравый смысл. 

В одну из встреч мы как всегда сидели в кафе и беседовали. У нас была игра: спор на желания. Как говорится, я проспорила и меня попросили связать шарфик. 

Кто знает, свяжи я этот злополучный шарф, и вполне возможно, всё бы получилось. А может и нет. Не в этом дело, в другом. Я никогда до этого не вязала. Как же было стыдно и неловко. Почему-то в тот момент возник комплекс неумехи и криворучки. 

Разговор получилось перевести в другое русло, но мысль о том, что я не умею вязать, не покидала меня. 

Еще в школе, в пятом классе уроки труда вела длинноволосая фифа-грымза. Обычно, к учителям я отношусь уважительно, и многих вспоминаю с благодарностью, но от воспоминаний о Валентине Ефстафьевне до сих пор передергивает. 

Ни мама, ни бабушка не учили меня вязать, хотя прекрасно обладали этим умением. А всё потому, что вся семья боролась за мою жизнь, стараясь вылечить от порока сердца четвертой стадии. Как говорится, не до того было дело. Школу я несколько лет не посещала, а после операции долго восстанавливалась. 

Почему-то именно меня невзлюбила эта учительница. Почти с самого первого дня она пыталась задеть, уколоть злым словом, называла криворукой неумёхой, говорила гадости о моей маме, мол, сама, наверное, ничего не умеет делать, раз не научила дочь элементарным вещам. Вдобавок учительница подначивала одноклассниц, натравливая их на меня: "Нечего вам дружить с "пустым" местом!" 

Когда же моя мать узнала о всем этом безобразии, она пошла в школу. В ответ же услышала много чего интересного от быдла, маскирующегося под интеллигенцию. Директор ничего не мог предпринять, так как у Валентины Ефстафьевны были связи. 

В итоге, я не могла спокойно смотреть на вязальные спицы, швейную машинку. У меня дрожали руки, когда пыталась сделать хоть что-нибудь. А учительница с надменным лицом говорила, что у меня ничего никогда не получится. 

Хорошо, что переехали мы в другой район. 

Новая учительница, Татьяна Владимировна, была понимающей. Она как-то сразу без лишних слов поняла, что у меня страх перед предметом и дала возможность выбрать то, что мне нравилось делать. Я же училась под началом мамы готовить. У матушки взрывной характер, но она поняла, что если и дома меня унижать, то ничего путного из ребенка не выйдет, лишь напряженный комок нервов. Поэтому, мама запаслась терпением и позволила мне фантазировать при готовке блюд. 

В новой школе на уроке труда я с удовольствием возилась на кухне. Учительница хвалила: "Вы посмотрите, как Надя взбивает яйца в пышную пену. Получится очень вкусный торт, вот увидите!" И я сейчас понимаю, что он делала всё, чтобы избавить меня от страха и комплексов девочки, которая ничего не умеет делать. 

Но к шитью и вязанию у меня было такое же сильное отторжение. Хотя, в итоге мною были сшиты беленькое платье и синяя юбка. Проблема оказалась в неправильном глазомере, поэтому изделия были меньше, чем необходимо. Но мне стало немного легче дышать. 

Но взять спицы в руки не могла. Сразу начинала плакать. Татьяна Владимировна в шею меня не гнала, и позволила заниматься тем, что нравится. Так, например, снимая мерки или вышивая на пяльцах узоры собственного сочинения, я начинала петь. Голос и слух есть, поэтому занятия проходили очень бодренько. 

Так вышло, что рушила я психологические барьеры самостоятельно. Но не без помощи родных. 

Покойная бабушка ласково показала как вышивать крестиком. Она была мастерица в этом деле. И я постепенно научилась, хотя потом забросила, чувствовала, что не моё это. Но если сейчас рискну попробовать, то думаю, что получится хорошо. 

Дедушка всегда с радостью принимал в подарок салфетки, узоры к которым я придумывала самостоятельно и самодельные открытки, края которых я обшивала разноцветными нитками. 

Но к вязанию я не подходила всё равно. 

И после той злополучной, на первый взгляд, встречи с проигрышем в споре, чувство неполноценности захватило меня. И давало о себе знать все эти годы. 

Два года назад я неожиданно почувствовала, что хочу научиться вязать. Спиц не оказалось дома, хотя у мамы до переезда их было штук восемь. Куда это всё подевалось?..

Крючок мне отдала мама. Он принадлежал моей бабушке, и по словам мамы, из-под него выходили потрясающей красоты салфетки. Их я видела еще в детстве, когда гостила у бабули, поэтому могла лишь молча согласиться со словами матушки. Сама она не любила вязать крючком, предпочитая спицы. 

На YouTube я нашла потрясающий канал Саши Мун, в котором красивая девушка с не менее красивым голосом учила вязать. 

Остатки пряжи у меня были, поэтому вооружившись подручными средствами, я принялась за учебу. Конечно, сначала выходило криво-косо, но успокаивающий голос виртуальной наставницы внушал надежду и веру в себя. 

Постепенно я научилась вязать простые мотивы, даже пресловутый бабушкин квадрат. Но за крупные вещи пока не бралась, пока не вспомнила, что у брата в сентябре День Рождения. 

Поразмыслив, решила рискнуть и связать ему комплект: шарф и шарфик. 

Закупив пряжу, я принялась колдовать. Нашла подходящий урок, где рассказывалось про теплую плотную вязку шарфа. 
Пришлось три раза распускать изделие из-за неправильной длины. 

Я вязала несколько часов перед работой. Для этого вставала в четыре утра и начинала творить, одновременно слушая аудиокнигу. И могла повязать еще вечером. 

Шапку связала достаточно быстро.

Но меня поразило другое. Такой релаксации и такого успокоения я уже давно не получала. Такое ощущение, что мысли сами собой раскладываются по полочкам, пока ты вяжешь новые петли. 

На всю работу у меня ушел почти месяц. Осталось только вручить подарок в сентябре. Надеюсь, этому вредине он понравится. 

А я отдохну и свяжу себе шарф, потому что под шапку, которую я купила зимой, ничего не подходит. А цвет пряжи, из которой вязались вещи брату, как раз-таки очень даже ничего.