Этот пост не о женщине, которая, фактически, отдала своего ребёнка на изнасилование. Это пост о равнодушии и ханжестве тех, кто работает в системе, направленной на образование и заботу о детях.
Я не сразу начала работать учителем. В свою самую первую школу я устроилась помощником секретаря. Работа совмещалась с практикой. Класс попался замечательный, хотя первое время пришлось приложить некоторые усилия, чтобы наладить отношения с ребятами.
Район, в котором находилась школа, построен, в основном, для многодетных семей. Как вы понимаете, у нас далеко не Запад, где большое количество детей в семье – признак любви и достатка. Были ребята из хороших семей, но из неблагополучных – еще больше.
Школа новая и красивая, сверкала начищенными плитками пола, новенькими партами, а доски ещё не лишились девственности, познав прикосновение мела.
Помню, как приходила в столовую в обед, где повариха готовила так, что хотелось откусить себе и пальцы, в том числе – настолько всё было вкусно.
Из служебного персонала я запомнила уборщицу. Честно говоря, я уже не помню её имени. Достаточно красивая молодая женщина с короткой мальчишеской стрижкой, с большими грустными глаза. Единственным недостатком, портящим её внешность был горб. Достаточно сильный сбой системы, когда во внешности пересекаются одновременно красота и уродство.
Женщина тихая, спокойная, всегда здоровалась, говорила «спасибо», когда хотела забрать грязную посуду. Но что-то меня смущало. От неё веяло горестной печалью.
Я знала, что в третьей параллели учится её девятилетняя дочка. Настороженный взгляд огромных глаз, в которых плескалось что-то непонятное для меня. Уже потом я осознала, что это страх.
…Помню пришла на работу, а в приёмной стоит такой шум, что сначала в голову стрельнула мысль: ну всё, школу заминировали. А потом как гром прозвучали слова "изнасилование" и "самоубийство"
Иногда я закрываю глаза и вспоминаю. Иду в столовую после проведения занятий. В меня чуть не врезается дочка уборщицы. Она поднимает голову, испуганно смотрит на меня. Я улыбаюсь: «Здравствуй». Она тоже улыбается, и взгляд немного теплеет. Раздаётся шёпот: «Здравствуйте».
Эта встреча произошла уже потом, после случившегося.
…Дочку уборщицы, девятилетнее создание, систематически насиловал отчим. На глазах жены он забирал падчерицу в комнату, закрывал дверь на замок и…
Что делала женщина? Стучала в дверь, кричала: «Не смей, сволочь!» Лишь на третий раз она вызывала милицию.
А девочка не выдержала. Решила уйти из жизни. Еле успели достать из петли.
Сейчас многие напишут, что удавили бы мать, которая допустила насилие дочери. А я скажу, что сделала бы это со своими коллегами. Вместо того, чтобы пожалеть девочку, они говорили: «Ну а что вы хотите, она уже в свои девять лет курит, ворует». Помню я спросила: «И что, по-вашему, она из-за этого должна подвергнуться насилию? Она ребёнок, которому нужна помощь!» В ответ я услышала: «Надежда Сергеевна, займитесь своими делами, вы еще даже не учитель!»
Конечно, меры были приняты, но создавалось ощущение, что педагоги, скорее, хотели прикрыть свои трусливые попы, нежели помочь семье справиться с тяжелой ситуацией.
Когда я слышу, что феминизм не нужен, что фемки захватили пространство, мне хочется кричать. Ни одна женщина, девушка, девочка не должны подвергаться насилию. Никто не имеет права обвинять жертву в том, что над ней надругались. Никто. Особенно, если пострадал ребёнок.
?
Человеческая психика – весьма тонкая штука. И психологическая проблема такого масштабного характера может вывести организм из себя. Да, ребёнок может поставить блок, но когда-нибудь эта стена рухнет, и результат будет не менее катастрофичен.
Я хочу обратиться к тем, кто хочет стать педагогом или только сейчас начинает учительскую деятельность. Не делите детей на касты, защищайте любого, попавшего в беду. Девочка, выросшая в благополучной семье, не должна подвергаться насилию. Девочка, выросшая в неблагополучной семье, также не должна подвергаться насилию. Никто не должен подвергаться насилию.
И если в вас вбиты совершенно противоположные принципы, направленные на разрушение внутреннего детского мира, а не на восстановление, пожалуйста, заберите документы из университета (или трудовую из отдела кадров). Вы этим поступком сделайте доброе дело, чем покажете всем, что Человеком не являетесь.
школу нельзя назвать школой