мир постепенно гаснет. 
краска за краской -блекнет.
с мира сползает кожа глянцем с распахнутых окон,
обнажая серую черно-белость.

Тем временем у меня бушует весна, представляя себя в роли грандиозного шторма. Видимо, ангельски милая девочка прогуливала курсы актерского - теперь же наигранно с нотками фальши душит прохожих свежим ветром. Будучи капризным ребенком, весна топит слезами по ушедшей зиме (ей, как и мне, подавай стужу) солнце, поддавшись всеобщей истерике-панике жарит прохожих и слепит нещадно.

Здравствуй, мой зимний, наши с тобой холода прошли. Я, словно ворона не черная, должна быть весной, но душой лежу всё же к твоему холоду. Он манит меня, завлекает в свои обжигающие объятья, не хочет пустить. А мне и не надо.
Весна требует нас в свои покои, кажется, я должна быть теплей. Заламываю руки за спину; уверяю тебя, моего тепла с достатком хватит обоим.

Расскажи мне, мой дорогой, как бесится весна у тебя? Что же тебя всё же волнует, заставляя бежать? Да знаю я, сильный ты, справишься сам. Но даже самому сильному нужен родной человек.

прятать исписанные листья в измятую тетрадь, где каждая строчка не молчит о тебе. ждать, ждать, ждать. 
я обесточу Землю, сотру ухмылку с лица человечества. 
в море кубарем броситься, срывать с окружающих маски.
Оно, что облачилось в самых огромных размеров дороги, нервно хохочет на мои действия:
-все равно сломаю тебя, все равно.
срываюсь на крик, обещаю клянусь изничтожить, стереть, выгладить нескончаемые углы километров, 
что делят нас на тысячи частей
(А они стремятся оказаться вместе, рядом)