Иногда совершенно случайно я оказываюсь в интересных и не очень местах. Так и вчера меня совершенно внезапно занесло на какой-то фестиваль бардовской песни под Харьковом. Вообще, сам факт моего, пусть и мимолётного там присутствия - это нонсенс. Я - человек категорически отвергающий бардовское искусство за редким исключением. Сказать, что за этот час я охуел - это не сказать ничего.
Я узнал, что ещё не вымерли люди в свитерах связанных из бороды товарища по геологической экспедиции не пережившего прошлый фестиваль, где умер от передоза вкусной водочкой. Они все ещё любят сидеть у костра из шишек и просраной молодости. Играть на расстроенной гитаре трясущимися от алкоголя и романтики пальцами. И петь что типа: солнышко мое, реченька моя, я люблю тебя, ты люблю меня... А потом ещё и все хором - эх, тайга, эх,тайга! Километры-амперметры!
Я тебя, ты меня!
У медведя хуй полметра!
Апогей сего действа наступает когда кто-то выходит из кустов и застегивая ширинку предлагает: а давайте нашу любимую! И даже Витёк приехавший уже бухим из Житомира, на секунду поднимает голову и мычит: давайте,давайте.
В мире много ебанутых песен, но на подобных фестивалях самой любимой обязана быть самая ебанутая по шкале Митяева. Автора миллиардов песен на одну мелодию.
Все хором что-то там орут про землеройку в клетке или хер пойми про что....
А потом все орут, хлопают, пьют теплую водку из пластиковых стаканчиков и мыльниц заедая берёзовыми почками, смолой сосен и чагой.
Когда опускается ночь все идут ебацца и спать. Хотя, ебацца получается далеко не у всех, утром все хитро улыбаются и подмигивают, намекая на то, что ночью как минимум пятерых кудесниц хорошо бальзаковского возраста, пьяных и с небритой зоной бикини.
Но это потом, утром. А пока из палаток стойко пахнет перегаром, жженой резиной и похотью.
Ходят слухи, что если приехать на это место через неделю, там все ещё будут попадаться люди с трясущимися руками и просить налить...
