Реальная история, рассказанная мне давненько под вечер, за бокалом легкого игристого. Я не умею писать эротические истории. Но эту захотелось попробовать. Уж больно она эпичная)
Москва. Шереметьево. Она уже три часа томилась в этом шумном и чуждом аэропорту, возвращаясь из трехдневной командировки, в свой любимый Череповец, где ее ждали муж, семья, домашние хлопоты и скучненькая работа в банке.
"Птицы под потолком. Как они туда попадают? - размышляла она, запрокинув голову вверх. - Птицы живые, красивые... а я чувствую себя дохлой рыбой. Холодной такой рыбиной с мутными глазами. Фууу, – выдохнула она с горечью и в десятый раз начала перелистывать глянцевый журнал.
Все это время он смотрел на нее. Изучал. Представлял ее раздетой. Как она стонет. Как облизывает влажные губы языком. Как прижимается своей обнаженной спиной к кафельной плитке аэропортного сортира…Как она царапает ему спину, а он со всей силой зажимает ей рот, боясь ее душераздирающих криков.

В какой-то момент она вскинула голову от очередного объявления диспетчера и встретилась с ним глазами. Секунда. Какая-то искра промелькнула у нее в глазах. Ей стало страшно, и она резко отвела взгляд. Как-то вся засуетилась, заерзала на месте, попутно доставая что-то из сумочки. "Уставился. Хрен", – промелькнуло в голове. Но все же зацепило. И женская природа взяла вверх. Она стала искоса посматривать на него, бросая мимолетные взгляды по сторонам и краем глаза задевая его. «А все же хорош. Даже красив. Интересно, есть ли у него волосы на груди. Терпеть не могу волосатых, – размышляла она, разглядывая его уже в упор. Тут она заметила движения его головы. Он кивал ей в сторону сортира: Типа пойдем туда. Затем встал и вышел по указанному направлению.

«Ну и нахал, – возмущенно думала она. Надо же незнакомой женщине такое предложить. Маньяк какой-то….».
Через пять минут она уже стонала, извиваясь под ним, на холодной кафельной плитке шереметьевского сортира.
- Знаешь, – говорила она подруге по приезде в город, - мы не сказали ни одного слова друг друга. Я даже не спросила его имени. Мне вообще было пофиг. Кто он, откуда и с кем живет. Я не помню даже его лица. Только глаза. Темные, полные страсти и какого-то гормонального безумства. Вот и все. Я ни о чем не жалею. Ни о чем. Мне не стыдно ни перед собой, ни перед мужем. В те минуты я чувствовала всю полноту жизни. Чувствовала себя живой.