Январский вечер медленно наливался силой, набухал тяжёлой сине-фиолетовой полутьмой, превращая знакомые улицы в окутанные туманным полумраком сказочные декорации. В окнах домов мигали разноцветные гирлянды, витрины магазинов сияли мягким призывным светом, город показывал свою добрую фасадную улыбку, от которой на душе становилось тепло и уютно. Похожее чувство вызывает та старая реклама Кока-колы, где ламповость и уют  так и сочятся из каждого кадра.
Что меня подвигло выйти из дома в этот вечер, я и сама сейчас с трудом понимаю, возможно, одиночество и жажда, если не общения, то хотя бы лицезрения счастья и общения посторонних людей, возможность увидеть, как радуются другие, коль этой возможности лишена была я. Мне всегда с большим трудом давалась возможность сойтись   с людьми на короткой дистанции,  я редко пускала их в свой ближний круг, поэтому честь именоваться моими друзьми и подругами имело очень небольшое количество человек, и все они были заняты своими делами в этот  чудесный посленовогодний вечер.

Площадь у ДК кишела народом, взрослыми, детьми и подростками. Несмотря на довольно значительный морозец, многие родители пришли провести свой вечер сюда, наблюдая за своими детьми, катающимися с горки на ледянках, попутно тайком от полиции выпивая принесённые из дома запасы горячительного, дети бегали и орали, все вывалянные в снегу, подростки загадочно ходили небольшими группами туда-сюда, либо тоже орали и катались с горки, не отставая от более младших собратьев. Праздник жизни, новогодняя идиллия на фоне ледяных скульптур, подсвеченных изнутри мигающими лампочками, многочисленных вспыхивающих гирлянд, опоясывающих огромную нарядную ёлку и перекрещивающих площадь по воздуху.

Холодными наманикюренными пальчиками я прилепила несколько монет к статуе собаки на счастье, как делали многие, и решила тут же сделать селфи, запечатлев свой несчастный образ на фоне искренней  радости. На удивление, снимок получился хороший с первого раза, несмотря на неудобные условия съёмки- полумрак, периодически вспыхивающий свет, перемещающихся людей.

Разглядывая фотографию на экране смартфона, я неожиданно заметила, что в кадр попала тёмная фигура какой-то девочки, сидящей на скамейке поодаль, от фигуры веяло какой-то  неприкаянностью,  ненужностью,  пожалуй, она напоминала меня. Так должна была выглядеть я со стороны.

Было ей лет двенадцать, и  несмотря на мороз, одета она была довольно легко, практически по осеннему, в тонкие джинсы и короткую курточку, голые костлявые лодыжки торчали из-под подворотов джинс, на ногах лёгкие кроссовки без носков по дурацкой  подростковой моде. Руки она держала подмышками, иногда вытаскивала и дула,  согревая из дыханием, из под опущенного капюшона копной выбивались светлые пушистые детские волосы, запорошенные инеем.

Я подошла и села рядом на лавочку, неожиданно я ощутила к этой девочке какую-то привязанность, жалость, симпатию, мне захотелось сделать для неё что-то хорошее, чем-то ободрить, ибо слишком часто в последнее время одиночество ставило на мне свою печать.  Я тронула её за  плечо, а когда она обернулась, протянула ей свои тёплые рукавицы, связанные мне бабушкой. Она удивлённо посмотрела на меня и нерешительно взяла, поблагодарив несмелым кивком головы. Я смотрела на её лицо и поражалась какой-то неестественной  бледности и болезненности его, как будто она была существом из другого мира, неведомого землянам. В её огромных красивых глазах чудился какой-то отблеск огня, они источали какую-то силу и энергию- сейчас необычность девчонки бросалась в глаза очень явственно, очень уж она была необыкновенной для столь обыденного места.

Я спросила её хочет ли она есть и услышав утвердительный ответ, пошла в соседний ларёк, купила там два горячих беляша и стаканчик горячего кофе, принесла и отдала девочке, она тут же с достоинством принялась есть, попутно рассказывая свою историю с набитым едой ртом.
В общем, она была феей из страны Вечной Весны, лежащей за пределами нашего пространственно-временного континуума, в другом измерении, а здесь появилась совершенно случайно, она ещё не была искусна в магии и немного промахнулась с заклинанием, попав не в свой дом, а сюда и медленно замерзала здесь, теряя остатки своей силы. За очень длительное время, что она сидела здесь и мёрзла, никто не подошёл и не спросил ,что делает девочка весь день одна на морозе, а обращаться  самой за помощью то ли было не в их правилах, то ли запрещено, что-то такое она говорила.

Я ни на минуту не сомневалась в том, что она говорит правду- её волшебные глаза говорили об этом красноречивей сотни слов. Закончив с едой, она оживилась, засмеялась и, притянув меня за шею, поцеловала в губы.  Признаюсь, я засмущалась и не знала что сказать, но фея сказала что теперь мы подруги и прежде чем отправиться к себе домой, она исполнит любое моё желание.

Я могла бы прекратить все войны в мире, или накормить всех голодных, или излечить все болезни.
Сделать что либо полезное для всех и для каждого, принести частичку добра в наш мир, терзаемый бедами, нищетой  и голодом.

Но я не сделала это. Грёбаная реклама,  раз за разом входившая в мой маленький мозг и сеявшая там ростки потребительства и эгоизма, сделала своё дело- когда фея исчезла в лёгком завихрении воздуха, на лавочке осталась лежать коробочка с десятым айфоном в подарочном пакетике. И с помощью его я могла смотреть новости, в которых показывали войны, голод и болезни, а также общаться  с друзьями, делать фото в высоком качестве и выкладывать их в соцсети. Всё как и полагается 14 летней девочке с недалёким умом, но добрым сердцем.
Иногда я смотрю на свою фотографию того вечера и вновь вижу фею, и в очередной раз убеждаюсь в реальности произошедших событий.
 
 Я много раз потом приходила на эту ёлку и думала что фея появится вновь, но её не было и больше не могло там быть- она появилась совершенно случайно, и быстро покинула наш несовершенный мир. И я иногда думаю, может мы сами виноваты в том, что происходит с нами и вокруг нас  и мы сами достойны того, что наполняет нашу жизнь и наше окружение?

Впрочем, зачем ненужные мысли, когда рядом на кроватке лежит новенький айфон.