Над посёлком Заречный Дмитровского района Московской области занимался хмурый рассвет, тёмный и натужный. Резкий ветер гнал мрачные свинцовые тучи куда-то на запад, раскачивая голые ветви деревьев. Осень неумолимо вступала в свои законные права, холодно становилось даже днём.
На первом этаже облупившегося железнодорожного барака, населённого местной беднотой, в одной из запущенных и захламлённых квартир, всю ночь не гас свет. Сегодня здесь не пили, как обычно, алкогольный суррогат или технический спирт, ворованный из железнодорожных цистерн на станции. Здесь было необычайно тихо.
На грязном, затоптанном полу среди пустых бутылок, плевков и окурков, сидел безногий человек и держал в руках засохшую розу. Дядя Серёжа, как звали его собутыльники и бомжи, которые приходили к нему за плату в стаканчик водки, чтобы погреться и посидеть в тепле, сегодня плакал всю ночь, держа в руке эту розу и время от времени ощущая её тонкий невыветрившийся за бездну лет аромат, перебивший вонь от перегара и прокисшей еды, пропитавших его жилище. Роза случайно выпала из большого пыльного альбома, лежащего в шкафу, который дядя Серёжа остервенело перерывал в поисках хоть каких нибудь денег.
Никому не ведомо, какие воспоминания всплывали в его отягощённой низкосортным алкоголем голове- может быть, яркие огни ночного поезда, отрезающего ему ноги, когда он мертвецки пьяный, заснул на путях на перегоне меж станциями. Или он видел свою мать, тихо умирающую в одиночестве и забвении в грязном сарае у чужих людей, приютивших её на ночь, когда он пьяный, ошалело вращая безумными глазами, с ножом в руке, выгонял её из дома на мороз.
Хотя, скорее всего, он вспомнил томительные минутки счастья, когда его жена, молодая волоокая красавица, вкладывала эту засушенную розу из свадебного букета в большой свадебный альбом, украшенный их фотографиями и старательно выведенными
вензелями.
-На счастье,- смеясь свежим красивым ртом с белоснежными зубами, сказала она и, крутнувшись на каблучках, поцеловала своего любимого Серёжу в губы. Счастье казалось вечным...Но оказалось недолгим...
Да, этот барак и эта квартира знали и лучшие времена, но сейчас они казались сном, дальним и неверным сном, каким видится свет через тьму. Годы и выпивка не пощадили их семейного гнезда. Всё пошло прахом, всё превратилось в тлен. И только две вещи составляли ныне смысл бытия дяди Серёжи- старенький компьютер с выходом в интернет и дешёвый алкоголь.
И всё чаще он задумывался о смерти. И что там есть, по ту сторону её. И есть ли вообще...
