Три дня она орала где то за огородом, в леске, там, где был старый заброшенный погреб. Похоже, провалилась туда  и сломала ногу, шею, либо просто острые доски пронзили насквозь её тело. Сначала мычание было громким, потом, туманной  холодной ночью, более тихим. Через три дня оно превратилось в хрип. Я уже привыкла что она орёт по вечерам, но на третью ночь было уже тихо, лишь ночные сверчки нарушали тишину и крик ночной птицы. На следующий день оживлённое каркание ворон отмечало место где был труп.