1. Этого места нет ни на одной карте и ни одна страна мира не может похвастаться наличием этой территории тьмы в пределах своих границ. Однако я часто бывала здесь. Я называла это место Тёмной стороной, потому что здесь всегда царили полумрак и покой, и многие существа стремились сюда в поисках истины и нирваны. Почему-то глубоко внутри меня гнездилась уверенность, что здесь не всё так однозначно и есть некие подводные камни под кажущимся спокойствием и статикой. Но ни разу в течении своих многочисленных вояжей сюда я не встречала ничего угрожающего. Возможно, что его и никогда не существовало, а эта тревога была лишь разыгравшимся воображением не в меру интеллектуально развитой девочки-подростка, нашедшей путь на другой край мироздания.
Сюда ходил старый дребезжащий автобус. Его номер то ли был стёрт, то ли табличка размокла от сырости и крупные синие некогда цифры растеклись по разбухшей картонке. И меня всегда охватывал дикий страх, что я сяду не на тот маршрут, который увезёт меня в такие неведомые глубины ада, откуда нет возврата. Но внутренний голос говорил, что всё в порядке, я вошла в нужный мне транспорт. Так было всегда.

Другие пассажиры очень редко составляли мне компанию, а если это случалось, то неизменно поражали и вызывали удивление своей фантасмагоричностью и невозможностью существования в обычном мире. Например, некоторые при отсутствии ног могли свободно левитировать над полом, или попадались странные существа, некие гибриды человека и животного. В обычной жизни эти химеры, конечно вызвали бы дикий ужас, но здесь казались вполне естественными и подходящими для этого мира.

Пейзаж за окном неизменно был тускл и тёмен, всегда шёл дождь, сыпящийся из тёмных угрюмых небес. Никогда здесь не было солнца и света, всегда полумрак и вязкая тишина.

Автобус замедлил ход и остановился. Задние двери, дёргаясь и как будто нехотя, раскрылись. Я встала со своего места и по шатким ступенькам вышла наружу. При выходе из автобуса я всегда наступала в какую-то глубокую лужу. Всегда. Это была часть ритуала. Даже если лужа была в стороне от моей ноги, пока я сходила на остановку, она необъяснимым образом перемещалась ко мне. И кроссовок с плеском погружался в тёплую грязную воду, окатывающую джинсы.

Автобус трогался и уезжал прочь. Рядом находился крутой поворот и машина быстро скрывалась за ним. Я медленно оглядывалась. Вокруг не было ничего примечательного- проливной дождь размывал перспективу, но было видно, что окружающая местность похожа на окраину некоего города, она похожа на место, где дома уже частные, но дороги ещё асфальтированные, с тротуарами по бокам и столбами освещения. Несмотря на день, фонари светили, хотя, практически не разгоняли полутьму. Вдалеке на дороге светили фарами какие- то автомобили. Но они были далеко, за стеной тёмного дождя и сырых испарений.

Там, где я находилась, дорога расходилась в нескольких направлениях. Мимо некоего кирпичного строения, похожего на шашлычную, я направилась к знакомой мне улице по залитому водой выщербленному асфальту с кучками красного горельника, лежащего на нём, принесённого по видимому, дождевыми потоками с неведомых гор. Тёмная сторона ждала меня.

2.

Медленно я брела по улице, которая как то незаметно превратилась в пригородную дорогу. Старые дома, утопавшие в запущенных густых зарослях закончились, и их сменил молодой лес, росший по обе стороны аспидно-черного мокрого асфальта. Я вышла за пределы неведомого города.

Дорога медленно, но верно поднималась по склону вытянутого холма. Какое-то неясное чувство тревоги охватило меня. В этот раз что-то было не так. Неожиданно дунул резкий порыв ветра. Я машинально прикрыла рукой лицо, но ветер тут же стих. Прекратился и дождь.

Справа, под горой угрюмым тусклым свинцом блестела река. Сильный порыв ветра взбаламутил её тёмные воды, но волны не бились о берега. Они как будто застыли на стоп-кадре старого фильма. Над рекой висела тишина, которую усиливали тяжкие зловещие тучи самых мрачных очертаний.

Реку пересекал старый железнодорожный мост, по которому обычно в это время, когда я проходила рядом, шёл старый пассажирский поезд, стуча изношенными колёсами по разбитым рельсам. Мне приходилось ждать, пока он не проедет через переезд, где железная дорога пересекала мой путь. Потом поезд медленно вскарабкивался по рельсам, проложенным прямо в густой траве на склоне холма и исчезал в верхнем лесу. Но сейчас все было иначе. Средний пролёт моста разрушился и поезд падал в бездну реки. Падал бесконечно, ибо он так же застыл в падении за мгновение до того, как локомотив коснулся воды. Тускло светившие фары смотрели прямо в черную воду.

Я остановилась, пораженная фантасмагорическим зрелищем, открывшийся передо мной. Такого я не видела здесь никогда. Что-то произошло, какие-то изменения коснулись этого места и к добру ли, худу ли, знать я не могла.

Я прошла через переезд и направилась дальше. Дорога постепенно поднялась на вершину горы. Там находилась какая-то высокая вышка, сделанная из больших ржавых ферм. На самой вершине горел красным тусклым глазом прожектор, свет которого тонул во мраке.

На вершине горы дорога опять превращалась в городскую улицу. И она всегда была разная.

3.

Передо мной простирался какой-то старый городской квартал, вероятно, окраинный. С правой стороны разбитой дороги возвышались невероятно большие дома, верхние этажи которых терялись в полутьме. Да, здесь намного темнее, чем внизу. Можно сказать, что по уровню освещённости уже был поздний вечер, а не день, пусть даже и пасмурный. Между домами росли такие же огромные чудовищно старые деревья, кроны которых практически образовывали густой лес, в котором царил мрак. Дома производили какое-то странное впечатление. Некая глазу неуловимая неправильность таилась в их пропорциях и я только сейчас поняла, в чём дело. По архитектуре они принадлежали сталинскому ампиру, с его огромными окнами, балюстрадами, колоннами, портиками и огромными арчатыми окнами, но этажность была просто огромной. Это были небоскрёбы, уходящие в неведомую высь, во тьму.
По левую сторону дороги находился убогий частный сектор с полуразвалившимися деревянными домишками и запущенными, заросшими сорняками огородами, упирающимися в непролазные заросли. Изгороди совершенно сгнили и рассыпались. Впрочем, здесь не от кого было отгораживаться, да и незачем.

Я постояла в раздумье, что же мне делать дальше. Обычно я доходила до этого места, стояла несколько минут, разглядывая окрестности и неспеша возвращалась. Так же я хотела поступить и в этот раз, но...Я вдруг подумала, что совершенно не помню, откуда я пришла и куда мне надо возвращаться. Да, была автобусная остановка, откуда я пришла, но куда мне ехать от неё? Куда я уезжала отсюда, где мой дом? Неожиданно меня врасплох застала мысль, что я не помню, кто я и откуда. Но...Меня ведь звать...Меня звать...Я не знаю...

Вся в смятении я хотела уже расплакаться навзрыд, как вдруг услышала какой-то звук из ближайшей хибары. Там кто-то был. Кто-то маленький, потому что он плакал тоненьким голоском, плакал тихо и безнадёжно. И ему похоже что, было намного хуже, чем мне.

Я осторожно перешагнула через сгнившую изгородь у дома и осторожно, стараясь не шуметь, заглянула в разбитое чёрное окно. На старом продавленном диване сидела крохотная девочка лет трёх, одетая в белые колготки и светлое платьице. Её облик резко диссонировал с окружающей мрачной тягостной обстановкой. Её тут попросту не могло и не должно быть. Кто угодно подходил к этому месту - монстры, вампиры, мутанты, но только не этот ребёнок.

Девочка увидела меня и замерла. Я почти ощутила, как крохотное сердечко забилось в безумной радости и надежде. Она вскочила с дивана и на крохотных неверных ножках выбежала из дома и изо всех сил обняла меня за ноги, буквально вцепилась, не желая отпускать. Я подняла её на руки и тоже обняла. Что-то знакомое было в ней, что-то неуловимо родное и близкое. Я безусловно, знала её, и знала очень хорошо.

-Кто ты? - спросила я девочку, в порыве безумной нежности целуя её пухлые нежные щёчки.

Она немного отстранилась от меня и недоумённо посмотрела на меня.

-Нянька- быдитка я,- пролепетала кроха.

В этот момент что-то произошло. Что-то изменилось в окружающем пространстве и времени. Какие-то тайные силы проявили себя и земля вздрогнула под ногами. Быстро начало светлеть. Потом всё залил нестерпимый свет.

-У неё слишком тяжёлые травмы, часть из них она причинила себе сама, мы ввели её в искусственную кому,- громко произнёс чей-то голос.

Но свет иссяк так же неожиданно, как и появился. Вокруг всё было по прежнему- разруха, мрак и уныние. Кроме одного. Девочка исчезла. Как будто её и не было. Как будто это были сон или наваждение. Но с ней я каким-то образом была связана, и мне предстояло выяснить кто она и какими нитями судьба связала нас. Для этого мне нужно было её опять найти. Впервые у меня появилась цель пребывания на Тёмной стороне.

4.

Ничего не поделать, придётся идти в глубь старого квартала, простиравшегося передо мной. Не сказать чтоб я этого сильно уж боялась, но в глубине души что-то как будто не хотело меня пускать туда. Я спрятала тревогу подальше и по проходу между двумя огромными домами вошла во двор.
Как ни странно, здесь было намного теплее, чем снаружи. Такая комфортная температура, которая позволяет ходить весьма и весьма легко одетой. Только я это подумала, как увидела что одежда на мне тоже изменилась- джинсы превратились в шорты, плотная штормовка в короткий топик, а кроссовки в босоножки на плоской подошве. Трансформация была как будто сама собой разумеющейся и необходимой. Что ж, пусть так и будет...

Двор, в который я вошла, представлял из себя каменный колодец, с четырёх сторон окружённый высокими старыми домами, в середине двора росли огромные старые деревья, на ветках которых висели какие-то неведомые фрукты, поблёскивающие в тусклом свете редких фонарей и светящихся окон. Да, квартал не был совсем мёртв и запущен. Если кое-где в окнах горел свет, значит. можно было узнать поближе об этом месте..

Я подошла к ближайшему подъезду и с удивлением обнаружила что ступеньки лестницы несоразмерно большие для человека. Общая неестественная пропорция зданий коснулась и их. Подниматься по лестнице стоило бы некоторых усилий. Неожиданно мне в голову пришла мысль что в таких размерах- огромные деревья, здания, трудные лестницы, видеть окружающий мир может ребёнок, например, лет трёх- пяти. И этот мир наверняка будет казаться ему огромным, пугающим, но одновременно притягательным и зовущем его исследовать. Следуя безумной логике этого места, я тоже должна была превратиться в ребёнка, однако же нет, тело осталось моим, и по прежнему тянуло на свои 15 лет.

С трудом я поднялась по ступенькам к подъездной двери. И всё это для того, чтобы подёргать её и убедиться, что она заперта. Закон жанра. Я представила, как здесь появляется некий монстр и я начинаю бегать от дома к дому, колотя руками в запертые двери и тёмные окна, как в тупых фильмах ужасов. Эта мысль показалась мне смешной и я глупо хихикнула. В течении последующего получаса я обошла двор по периметру, пытаясь открыть каждую дверь, но безуспешно. Все они были заперты изнутри. Раздосадованная, через арку я перешла в следующий двор, но там была такая же картина. Полумрак, редкие светящиеся окна, огромные старые деревья и тишина.

Я вдруг поняла, что застряла в этом мест и мне что-то нужно сделать, решить какой-то квест, чтобы продвинуться дальше. Иначе можно бесконечно долго блуждать по тёмному кварталу и передо мной всё так же будет простираться однообразный лабиринт домов без малейших изменений. Однако в голову ничего не приходило. В отчаянии я присела на старую лавочку в одном из дворов и горько заплакала. Я поняла что никогда не найду девочку и мне нужно возвращаться обратно. Возвращаться, исполненной отчаянием и тоской, которые теперь всегда будут преследовать меня.

Нехотя, я поднялась с лавки и вдруг вспомнила, как девочка назвала себя. Нянька- быдитка, т.е. Нянька- бандитка. По видимому, девочка была озорной и непоседливой и родители в шутку называли её так. Что-то знакомое было в этом прозвище...Такого просто не могло быть. Я вспомнила, что так называли в детстве меня...Что-то шевельнулось в моей голове, какие-то неясные догадки пришли на ум.

-Нянька- быдитка,- громко произнесла я.

Сзади раздался негромкий гул, моей спины коснулась волна тёплого воздуха. Обернувшись, я увидела что двор изменился. Теперь через него проходили заросшие густой травой старые трамвайные рельсы, выходящие из тёмных арок домов. Одна из арок осветилась тусклым светом и из неё качаясь и скрипя выкатился старый допотопный трамвай, разгоняющий тьму слабым светом фар. Он остановился посреди двора и как будто ждал меня. И я вошла в него. Так было надо. Я не знала, в какие неведомые глубины ада я поеду, но готова была к чему угодно. Девочку надо было найти и ответить на вопросы, терзающие мою измученную душу.

Однако когда это произойдёт, мне увы, неизвестно...