??_=-!><>:"P{{}][/.
Он всё взбирался вверх, периодически оглядываясь на склон, с которого неумолимо пронёсшаяся вниз лавина накрыла и унесла с собой в одно из бездонных ущелий всех, кто поднимался с ним к вершине. Это может показаться крайне неправдоподобным, но Суркова совсем и полностью не занимали раздумья по поводу случившегося полчаса назад несчастья. Например, о том, почему же выжил только он, и, более того, почему на нём ни царапинки. И даже то, что в пропасти исчезли, среди прочих, его лучший друг и девушка, которой он восхищался и, возможно, в которую был влюблён где-то за заслонкой своих амбиций. И не только! Любые переживания, вопросы, прокручивания кадров сцены, возможные варианты, обвинения себя/своих товарищей/жизни/высших сил и прочего, обязанные ломать чувства человека, заставлять его суетиться и падать, отсутствовали. Ничего и не было вроде. Он не стал сообщать об инциденте по экстренной связи и вызывать спасателей. И почему всё происходило так, но не иначе, Сурков тоже не думал.
[...]
Туманное безразличие к произошедшему держалось в аккурат до момента, когда он, с отвращением скинув с себя экипировку и рюкзак, растянулся на застеленной сухим снегом вершине.
Всё ожило, и буйными ядовитыми красками облило, обожгло изнутри... и снаружи. Осознание, надрез на бельме! Ледяной душ из содеянного! Ошибка!
[...]
Он лежал, схватившись за голову. Ворочался влево-вправо. Сложно передать всю гамму, весь звукоряд, в одно мгновенье обрушившийся на сознание Суркову. Да такое даже сравнить не с чем! Ему точно было не с чем это сравнить. Это нечто сверхсильное. Пожалуй. Вся раскадровка, дьявол ёё побери!!! Как он смог пойти дальше, ничего не предприняв? Да что это вообще такое? Как же так, <я> просто отключилось? Д-д-д-дьявол!
[>/?:'[l.этого:")не}^*может..(<:}быть/.[мысли:<|?:одна(/за*|<"{%другой...]
Этот акт мысленной жвачки долго не прекращался. Наконец, он начал тяготить Суркова больше всех остальных терзаний. Надо взглянуть на часы. Его дрожащая рука высвободила электронный циферблат из-под рукава куртки.
<14:39>
И НИЧЕГО НЕ СДЕЛАЛ.
СОВСЕМ.
[...]
Сурков сидел, всматриваясь в вечернее небо; изредка взгляд его скользил по горному ландшафту. Весь пейзаж был довольно живописен, но не в полной мере, как казалось сперва. Даже на удивление тепло было. Не то, чтобы тепло, конечно. Но и не зябко. Привстав на колени, он расстегнул куртку и... спустил брюки.
Горячая сперма брызнула на снег; лицо Суркова исказилось в лёгкой судороге, означавшей достижение вершины, и он издал лёгкий стон. Глаза стали медленно открываться, зрачки сузились от резко ударивших по ним лучей заходящего солнца. Вдохнув полной грудью свежий горный воздух, он приподнялся, застегнул молнию на брюках и вспомнил, что в рюкзаке есть нетронутая бутылка пива. Хотелось ведь распить её с друзьями здесь, в горах. Кроме неё, там ещё лежал советский кассетный магнитофон и ещё много чего по мелочи. Мало ли что! Правильно ведь? Правильно. Сурков вложил кассету с любимыми записями Аркадия Северного в проигрыватель и включил его. Потом открыл бутылку и прильнул сухими губами к горлышку.
Кто говорит, что водка – вред,
Тот в этом ни черта не понимает.
Кто так про водку говорит –
Пускай под ним земля горит,
И пусть его в могилу закопают.>>
- Здорово всё-таки, что запасные батарейки с собой взял! - подумал Сурков, и сделал ещё один жадный глоток.
