- Ты опять здесь?! А ну пошел нахуй отсюда, наркоман! - сильный удар ноги кричащего пришелся прямо по тощему бедру молодого парня.

Парень резко вскочил и так же резко выскочил из подъезда, откуда еще минуту вдогонку доносились мат и клятвы убить, если он еще раз вернется туда.
Еще пару минут он просто бежал, боясь, что тот побежал за ним вдогонку, пока удар по бедру не дал о себе знать. Он вдруг пришел в себя и понял, что за ним никто не бежит. Хромая он еле дошел до бордюра, сел на него и заплакал. Не от боли. Плакать ему хотелось от обиды...

Мир вообще странная штука. Говорят, у каждого из людей есть своё предназначение. Кто-то родился космонавтом. Кто-то учителем. Кто-то родился певцом, менеджером, уборщиком, президентом, инженером судостроения, а кто-то родился бомжом. Да, всегда есть подвох, кто-то обязательно должен был им родиться, а иначе кто?

Парень вытер свои слезы небрежным движением руки, и попытался встать. Ему было больно стоять. Он осторожно закатал штаны до места где болит, и увидел огроменную гематому от удара.

  - И за сон платить надо... - вздохнул он.

Приведя свою одежду (если так можно назвать рваные куски китайской материи на нем) в порядок, он медленно хромая побрел в свой штаб - так он называл то место, где он хранил все свои вещи.

"Как так можно жить?!" спросит кто-то из читателей. Я и сам задавался этим вопросом. Но ни один из нас ведь не задавал этот вопрос непосредственно таким людям. А если бы задали, то получили бы весьма простой ответ - они мечтают. Мечтают так, как никто другой не смог бы мечтать, и это дарит им надежду.

Пройдя пару километров бетонных этажей, асфальта и угрюмых надменных лиц, он таки дошел до своего "штаба". Хотя, штаб выглядел не совсем как штаб, а скорее как огромный мусорный муравейник. И находился он в лесочке неподалеку от города, который еще полвека назад был вполне себе посещаемой рощей. У старого дуба было сооружено что-то напоминающее палатку, а вокруг него были раскиданы куча вещей : от старого советского зонтика, до старого "деревянного" компьютера. "Только природа принимает нас такими какие мы есть" - думал он подходя к палатке. Но только он хотел присесть, как в палатке послышался шорох и треск. Парень насторожился. Он поднял с земли ржавый нож и тихонько рукой отодвинул ширму палатки. Изнутри на него любопытно глядело что-то пушистое, с огромными глазами.

  - Твою мать, щенок! - не без улыбки воскликнул он и присел у палатки.

А наш гость радостно подбежал к нему, будто услышал своё имя.

  - Что, голодный? - спросил парень почесывая у щеночка за ухом.

Тот ответил еще не окрепшим, грудным лаем.

  - Вот и я хочу...

Он порылся у себя в карманах, и вытащил из одного маленький кусок хлеба, который разделил пополам.

  - Ешь, маленький, - сказал он протягивая кусок, - кто-то ведь должен в этом мире помогать бесплатно.

Было еще светло, и до наступления темноты нужно было чем-то себя занять, чтобы отвлечь себя от мыслей о еде, и, вообще от мыслей. Парень вошел в палатку и вышел оттуда с книгой. "История Древнего мира" красовалось на обложке книги.

"Ща костер им поджигать станет" - подумает кто-то, ан нет, книгу он будет именно читать. Читать его научила мать. Пусть он родился без дома, но мать у него была. И именно она ему привила это желание учиться. И с тех пор как он остался один, его не покидает это неистовое желание учиться. А почему и как он остался один - история умалчивает.

Стало темнеть. Парень уже как полчаса перестал читать и всё никак не мог успокоить свои мысли о еде. А Цези (от слова "Цезарь" - так он назвал щенка, потому как эту личность он уважал и любил больше всего), сидя у его иногда поглядывал на него ужасно добрыми глазами, в надежде, что тот волшебным образом из кармана достанет еще что-нибудь съестное. Так прошли еще два часа. Он бы и так дальше сидел, если бы не услышал как неподалеку от него остановилась машина. Он был очень осторожным парнем, поэтому он пошел туда, чтобы разведать что к чему. Чем ближе он подходил, тем лучше ему слышались голоса нежданных гостей. Это были парень с девушкой.

© Jhamale