Ночные улицы Сан-Жерона начали потихоньку просыпаться. Его жизнерадостные жители, еще до того, как проснется само солнце, чувствовали всю его энергию и тепло, поэтому жизнь в этом городке начиналась еще до рассвета. Жизнь начинала сочиться по тесным улочкам, словно по венам, сладким запахом свежевыпеченного хлеба и булочек. На этот запах стекались люди со всего городка. Вот тетя Флауринья медленным шагом ступает по старинной брусчатке. Ей уже давно за 50, но прожитые годы никак не умаляли её природной красоты. Её улыбке могла бы позавидовать даже Анджелина Джоли, если бы тетенька знала про неё. Тетя Флауринья ни разу в жизни не пользовалась косметикой, но поклонников от этого не становилось меньше, даже наоборот. Вот даже сейчас на неё заглядывается местный булочник.
А вот возле цветочной клумбы напротив пекарни резвятся три резвых мальчугана, и не отстающая от них девочка. Это дети Каруччо. Неудержимый Каруччо - так прозвали его шутливо соседи. Ведь в свои 34 он успел настругать четырех озорных детишек, и к тому же на очереди был еще один. Поэтому вся работа по дому легла на широкие плечи Каруччо, да и дети были рады помочь маме, вот почему с некоторых пор они каждое утро вместе с остальным городком направлялись в пекарню.
Если приглядеться, то вы можете заметить даже мэра этого города. Вон он, сидит на лавочке рядом с остальными старичками. Мэра здесь все любили и уважали. И все знали его как мягкого и очень доброго человека. Но это только вне рабочего кабинета. Когда он приступал к работе, в него будто вселялся дух его прадедушки, который был военным начальником. По словам мэра, один крик его прадеда мог заставить стоять по стойке смирно полстраны. Вот насколько мощная хватка у него была.

А к пекарне подходили всё новые и новые люди. И не было здесь очередей, как в супермаркетах больших мегаполисов, где люди нервно ждут каждого посетителя, и вздыхают самым тяжелым вздохом, когда кто-то тратит их драгоценную секунду, будто эту секунду они могли бы потратить на постройку звездолета, чтобы посетить другие галактики. Нет. Здесь не было такого. Здесь почти все знали друг друга, и прежде чем сделать заказ они подолгу обсуждали что-нибудь. Обсуждали котят, которых недавно родила кошка тетушки Майи. Развод президента с женой. Смерть жены местного художника. Вообще, судьба бедного художника и его жены была самой обсуждаемой.

  - Бедный Джамилио, он так любил свою жену... - вздохнул кто-то.

  - Еще бы не любить, она была прекрасной женщиной.

  - Да, она была очень доброй и нежной. Будто ангел.

  - Не зря ведь её звали Лилия.

  - А что с Джамилио? Я его уже неделю не видел.

  - Да он заперся в своей мастерской и уже неделю там что-то делает, я спрашивал у его сестры.

  - А ты сказал ей, чтобы лучше приглядывала за ним? - вмешалась тетя Флауринья, - Разбитое сердце сложно склеить.

  - Сказал, конечно.

  - Эх, лишь бы не наделал глупостей... - вздохнул мэр.

И все в едином согласии замолчали. А потом снова начали говорить о своем, и тихо побрели по домам. Настало время завтрака.