- Тебе больно?
- Да.
- Тебе хочется умереть?
- Да
- Ты устал?
- Да.
- Ты хочешь любить?
- Да.
- А чего ты не хочешь?
- Признания.
- Признания в чём?
- В своём бессилии.
- Бессилии? Ты же силён.
- Сила есть понятие относительное. Ты хочешь всегда быть сильнее, чем ты есть, ибо это фактор авторитета.
- Думаешь, сила формирует его?
- Не всегда, но чаще всего.
- Ты отвык от мира.
- Или влился в новый?
- Возможно. И что ты предлагаешь?
- Страх? Нет, страха быть не может. Тогда, может, боль?
- Болью сердце не украсишь.
- Его вообще ничем украсить нельзя.
- Пессимистично.
- Зато правдиво.
- Не поспоришь. Неужели вся правда такая?
- Нет. Есть и хорошая правда.
- Какая же?
- Любовь. Есть любовь. Её слова добры.
- Добро не является любовью, как она не является добром. Всё относительно, ты сам говорил когда-то.
- Значит, я изменил свою точку зрения.
- Ты хитёр.
- Да, пожалуй, так. Но я не понимаю, что в этом такого...
- Быть может изменения пошатнут тебя? И кем ты тогда станешь?
- Никем или ничем. Зависит от обстоятельств. Я знаю одно - я хочу простого понимания.
- Я понимаю тебя.
- Ты? Ты - это я.
- Но я тебя понимаю.
- И что? Мне прийти к святому отцу с вопросом: "Можно ли жениться на собственной шизофрении?"
- Да, звучит глупо, да и выглядеть будет также.
- И что теперь ты предлагаешь?
- Подойди к любой девушке и скажи, что любишь.
- Ага и что дальше? Пустота. Я не знаю её никак, вдруг она тупая, как та стена?
- А это уже половина на половину.
- Ну чтож, прикажешь играть в сапёра?
- Не льсти себе. Ты слишком уж отточен в боли для этого.
- Тут ты прав. И что?
- Дело в том, что ты не можешь перебороть себя, как личность. Переступить через страх. Страх новой боли.
- Ну да. Разве это плохо?
- А что в этом хорошего?
- Тоже верно. Чтож, всё будет так, как есть.
- Оставить всё глупо.
- Глупее разрушить начатое.
- Это хотя бы принесёт плоды...
- Какие же?
- Понимание.
- Чего?
- Страха...