Смотрящий поднял лицо и солнечный свет отразился в слепых глазах, наполнив их золотым огнём. Во все стороны хлынула волна огня, сжигая всё вокруг: превращая в пепел деревья, иссушая землю и заслоняя небо чёрным дымом. Так было, пока смотрел Смотрящий.

 Крылья сверкали, когда Летящий взмыл в небо. Крылья были золотыми от лучей солнца и, казалось, горели, уничтожая воздух. Воздух исчезал в огне крыльев Летящего. И небо становилось чёрным, как истинная пустота. Так было, пока летел Летящий.

 И солнце отразилось в капле, что упала с глаза Плачущего. Огненной лавой, капля, золота в лучах солнца, упала на землю, сжигая её и превращая в ничто со стремлением пробить землю насквозь и унестись в небо с той стороны к далёкой пустоте. Слёзы лились, испепеляя всё на своём пути. И даже магма была для них льдом. Так было, пока плакал Плачущий.

 И раскинулись в воздухе иссиня-чёрные линии, призванные забрать луну в аркан. Символы полыхали огнём. Огнём, собранным от солнца, заходящим за небосвод. И лунный аркан пал на цель, вытащив серебряную королеву на небосвод. И рассмеялся Обманывающий. Так было, пока обманывал Обманывающий.

 Перо перестало оставлять ожоги на бумаги. Ожоги, переливающиеся оттенками синего пр свете дневного солнца. Пишущий прекратил писать летопись этого дня и посмотрел на закат и луну, так рано выскочившую на небосклон. Так было, пока смотрел Смотрящий, летел Летящий, плакал Плачущий и обманывал Обманывающий.