Человек стоял посреди трупов. Мириады мёртвых тел заслоняли землю, пропитывая воздух и землю ядом, из которого господин Смерть создал меч, который разрезал реальность также легко, как некогда оружие в руках людей пронзало чужую плоть.

- Смерти нет, - тихо произнёс незнакомец, возвышающийся над кладбищем человечества гордым монолитом отрешечённости и страха. Страха быть одному всегда. - Смерти нет...

- РАЗВЕ ТЫ НЕ ВИДИШЬ МЕНЯ? - заинтересовался Смерть.

 Ветер, как последний выдох чистой атмосферы, налетел на смрад, поражая его своей свежестью и силой, но потерпел поражение, лишь ещё больше отравив воздух. Смерть расхохотался и коснулся мечом пространства, смотря с интересом на кровь, которая брызнула из ушей человека. Он закричал и упал на землю, пытаясь закрыть глаза, чтобы не смотреть, не поражать своё сознание парадоксальностью происходящего, не закручивать себя в противоречивой петле жизни.

- Смерти не существует, - сквозь рыдания выдавил незнакомец.

- РАЗВЕ ТЫ НЕ ВИДИШЬ МЕНЯ? - снова полюбопытствовал Смерть.

 Человек закричал, но звук исчез и можно было увидеть, как волны распадаются на энергетические частицы, исчезающие в Небытие. Человек широко распахнул глаза от страха, и Смерть брезгливо отвернулся, когда глазные яблоки последнего выжившего рассек несуществующий скальпель мироздания.

- Смерти не существует, - упрямо проговорил мужчина.

- РАЗВЕ ТЫ НЕ ВИДИШЬ МЕНЯ? - устало повторил Смерть.

 Руки человека искривились под неестественным углом, но вопль несчастного, как и раньше, растворился в пространстве, разлетающемся на части.

- Не всё, что мы видим, существует, - усмехнулся незнакомец, и его тело рассекли тысячи лезвий, превращая плоть в непонятный пазл сумасшедшего хирурга.

- ИНТЕРЕСНО! - произнёс Смерть.

 Меч неотвратимо летел вниз, к трупам, чтобы уничтожить мир, но мира уже не было, ведь не стало воспринимающего мир. Меч существовал, проистекая из себя самого, замыкаясь в метафизической сущности, отрицая понимание реальности, совращая сознание мира. Но и ему было суждено погибнуть вместе с сознанием, воспринимающем его, ведь только восприятие порождает иллюзии, оно же их уничтожает, как представление уничтожает метафизику, как дитя своё, отрицая её в основе своей.