Про бег и возвращение домой.

Сбор чемоданов мне доставляет почти столько же удовольствия, сколько и сама поездка. А вот упаковываться обратно мне не очень-то и нравится.
Возвращаться из Лауласмаа было грустно. Особенно учитывая то, что чем дальше мы ехали на восток, тем серее и пасмурнее становилось за окнами.
Уезжать из Вильянди тоже было грустно. Мне хотелось бежать быстрее и поскорее уже сесть на этот чертов автобус, чтобы не тянуть и без того не самый приятный момент. Радовало то, что у меня еще было четыре часа побродить по Тарту, правда и это ничем хорошим не закончилось. Наверное поэтому ехать обратно было уже не так грустно. Правда встреча с подругой надолго не затянулась, а я пришла домой раньше времени чуть больше расстроенная, чем обычно.
Что в Пярну, что обратно, я ехала в полной меланхолии. Позади было четыре рабочих недели, впереди еще одна. Социальная жизнь все загибалась и загибалась, а я была все ближе и ближе к полному отчуждению.
Из Риги я возвращалась тоже никакая. Сначала была некоторая удовлетворенность, скорее всего от того, что я сидела в удобном кресле и слушала Radiohead. Наблюдать рассвет в метель под Тома Йорка, пожалуй, лучшее, что только можно было придумать.
"I Promise" я поставила на повтор. Я думала о том, почему я всегда убегаю и так люблю исчезать. И мне казалось, что я прекращу это, как только выпадет возможность. Я обещала себе, что я попробую остаться. И что же, мне выпал шанс, но я снова хочу убежать и снова исчезаю. Я продержалась чуть дольше, может с меня хватит?
Что мной движет? Завышенные ожидания? Страх? Знаю только то, что никакая совесть меня не остановит.