Все наши цели - очередные потребности, желание высоких чувств - и снова потребности, так достаточно ли просто жить потребностями, если мы все умрём? Может поэтому всё ещё есть верующие, потому что не хочется, чтобы вот так, как-то глупо, всё это просто заканчивалось. Не хочется, чтобы просто ничего не осталось, не хочется забывать себя, забывать столь разносторонний родной мир, грустно от этого. Намного приятнее надеяться, что это всё не просто так, да только смысла нет, до смерти никто ничего не узнает наверняка.