шум.шум.шум. 

информация.

фильтр off-on. балуюсь входящими сигналами. человек-окружение-человек-окружение-вселенная. что творится в моей голове? нужны ли мне наркотики?

ха. когда будет совсем плохо. мое воображение меня развлекает. рушу здания и анимирую картины. как ты будешь выглядеть с прилипшим к носу леденцом?

запах мятной конфеты и желудок скрутило. боль тела. меня ограничивает моя оболочка. чем интересуются другие?

что. в. их. голове.

чужое, чужое.. чужое!

не мой мир. представляй же. как я ощущу себя в теле другого человека? может, мне не будет так больно? я увижу существующие цвета по-другому? или, может, не буду думать?..

пусть очки будут менять восприятие. надеваю. нет.

 Bob Marley – Give me just a little smile

ну такое.

.

когда осознаешь изъеденность самой темы твоих проблем, то словно потопаешь во всем этом сером и неприглядном месиве. когда находишь часть себя во фразах, бродящих по интернету, понимаешь, что ни о какой индивидуальности и речи быть не может. ты кричишь и твой крик потопает в миллионах других. и на всем твоем существовании словно плотная оболочка бессмысленности

он украшал дома к новому году гирляндами из цветной бумаги, делал цепи цветные, заковывающие радужными кольцами все пространство вокруг и радуя маленьких гостей этих четырех стен, которых здесь не было уже долгое время 

создавал новый текстовый документ на рабочем столе и называл его "жизнь", воспоминания записывая одними знаками

он не помнил многого и оставлял пробелы один за одним, один за одним

вписывал обыденные дни точками и радовался восклицательными знаками, хотел узнать что-то новое вопросительными

записей было все меньше и меньше, мысли уходили на нет, и вся любознательность исчезала сквозь пиксели покрытого пятнами от любимого соуса монитора

нивелировал добро и зло, проигрывая главарям в "тини туне"

громкие маты пронзали густую тишину, наполненную воображаемыми друзьями, что крутили колки любимой гитары, заставляя ее изменять голос и выбивая из равновесия

она так расстраивалась, когда не могла петь ее любимый ля минор как следует.

у николя фламеля спрашивал, когда он все-таки умрет и отдаст свое изобретение, чтобы уничтожить

не издеваться над законами жизни, написанными теми, у кого этих законов не было.

вообще он Гоша. но пока он не освоился, его будут звать Георгием

я настолько ребенок, что когда мне было очень плохо и одиноко, я купил себе кактус. и мне стало не просто лучше. я был действительно счастлив.

.

автоматический глушитель сознания

действует на расстоянии десяти метров от тебя.

ты так мастерски преобразовываешь собой всё вокруг.

все волны и объекты

что я удивляюсь, как в твоей квартире ловит вайфай.

синтезаторы счастья зашкаливают

в отрицательных отметках датчиков

на вечноприкрытых уставших глазах.

атмосферное давление давит на людей снаружи,

подавляя возможности человеческого организма,

а эти способности очень продвинуты,

вы ведь видели.

полеты в космос как попытка привлечь внимание,

словно ты стал менее ничтожен.

другие лежат на сцене с грязными шторами,

скручены узлами, как будто нет костей.

они удалены путем многих операций.

выделяйся и будь выделяющимся среди многих 

самопровозглашенных недоиндивидуальностей.

не думаю, что есть смысл считать, сколько раз я его рисовал.

.

снова тен. и снова не закончен. кажется, моя пленка заела.

.

а что, если вокруг все жизни - неудачные

версии твоего мира?

ты раньше смотрел на мир глазами маленькой девочки,

что идет напротив тебя за руку с папой.

все такие разные и особенные.

в тебе слишком много чувств, и они 

влились в 7 миллиардов людей.

ты заслонил своими прошлыми версиями земной шар,

общаешься каждый день с собой

и боишься себя тоже,

ты был влюблен в себя и был любим собой,

твои возможности были оценены только тобой,

и критика вовсе не чужая,

все эти жизни не окончены, они продолжены 

длинной и пугающей линией в тебе.

сколько людей - столько шансов.