* * *

Монеты в эпоху "золотого кризиса" назывались "чёрными". Они чеканились из меди, лишь сверху покрываясь тонким слоем сусального золота. Для всякого путника, сменявшего по нужде лошадь, сбрую или товар на пригоршню «чёрных монет», наставали тёмные дни. 

* * *

С мыслями о Квантоне прошло всё моё детство. 

Родителей помню плохо. Глубокая память время от времени подсовывает мне странные кадры: то высокий седовласый мужчина раскачивает меня-ребёнка на качелях, всякий раз подбрасывая в небо высоко-высоко; то миниатюрная женщина в платке, укладывая спать, шепчет:

- Когда ты спишь, ты растёшь, сынок. А когда вырастишь, станешь большим и умным, выучишься на исследователя и закроешь это проклятый Квантон. И люди перестанут жить в страхе…

Мой отец владел антикварной лавкой в городе. Когда настал кризис, дела в торговле пошли плохо; отец с мамой разорились, влезли в долги и, в конце концов, были проданы в рабство на Квантон – двадцать вторую планету Галактики, век назад открытую и, пока ещё, малонаселённую.

В память о родителях у меня лишь остался медальон – золотая монета номиналом 100 гульденов эпохи короля Геральда, дорогая и раритетная. Я просверлил в монете дырочку, продел шнурок, и с тех пор таскал её с собой на шее, вспоминая слова матери о карьере исследователя. Лишь они в суровых общественных школах, где я, лишённый родителей, воспитывался, помогали не сойти с ума от жестокой дисциплины и занятий. Вопреки наказаниям, я учился лучше всех, поступил на отделение геологии Высшей исследовательской школы и окончил её с отличием.

Как солнце озаряет поутру тёмную спящую землю, так и моё будущее, преодолев мглу юных лет, постепенно стало явью. Я, специалист Института Межгалактического строительства энергосистем, через пару дней отправлюсь с миссией на Квантон. Буду изучать грунт для строительства крупнейшей солнечно-магнитной электростанции. Буду искать родителей – живыми или мёртвыми - и перевозить их назад, на Землю. Буду подбирать грунт так, чтобы эта долбанная станция в конце концов провалилась у чертям, унося с собой в преисподнюю двадцать вторую планету Квантон.

* * *

С космодрома, под самыми окнами моей хибары, дважды в неделю стартуют в небо грузовые межпланетные корабли. Они везут провиант, одежду, технику, иногда немного оружия и самый главный товар – рабов. На Землю корабли возвращаются тоже непустые: нефть и золото, минералы и урановые таблетки, море денег и пафоса. С открытием межпланетной урбанизации, Галактика навсегда избавила Землю от привычки ковырять недра. Мир поделил сырьевую и производственную сферы и Земля, как колыбель цивилизации, оттяпала себе наилучший кусок. Мы здесь больше ничего не добываем. Мы лишь штампуем из плодов чужого труда наши жизненно-важные атрибуты-пустышки.

Квантон – планета богатая. Поднялась за счёт залежей золотого песка, - нигде в Галактике его нет так много, - и теперь диктовала Земле цены на мировые валюты. Покорная младшая жена гарема, крутящая мужем-шейхом, точно безвольной марионеткой! Часть денег Квантона будет принадлежать и мне. Вероятно, это будут последние деньги Квантона.

- Золотой ты наш сотрудник! – похлопал меня по плечу сегодня утром руководитель миссии, когда просматривал отчётный проект. – Если бы все мои инженеры имели твою голову, мы были бы уже миллиардерами...

Я промолчал, смущённо отведя взгляд в сторону. Не все то золото, что блестит, говорили в народе. Я - не настоящий, как «чёрная монета». Сусальное золото моих, без скромности, выдающихся инженерных талантов скрывает чёрную медь разрушительного замысла. Такая вещь руководству миссии даже не приходит в голову. 

* * *

До Квантона – пять земных лет, восемь месяцев и семнадцать дней пути. Космическое время, конечно же, тянется быстрее, и я финишировал на космодром «золотой планеты», даже не успев как следует возненавидеть дорогу.

«Золотым» земляне называли Квантон не только из-за запасов бренного металла. Чтобы убедиться в этом, мне понадобилось лишь сойти с трапа. Жёлтой была атмосфера планеты, жёлтой была пыль, простирающаяся в воздухе. Даже растительность, искусственно высаженная здесь и взращенная землянами, была, от недостатка ультрафиолета, какого-то лимонно-канареечного цвета.

Всего каких-нибудь 90 лет назад вся планета была пустыней без кислорода  и воды. Кислород завезли люди, а теперь его  вырабатывали специальные станции и посаженные растения. Воду искусственно синтезировали из того же кислорода с водородом, вдоволь рассеянным по планете. Города накрыли куполами, никакого парникового эффекта это не сулило, потому что Квантон был слишком далёк от Солнца, чтобы спровоцировать перегрев. Фактически, планета дышала за счёт своих внутренних ресурсов.

Когда мы сходили с трапа, солнце пребывало в закате, озаряя Квантон ярким розовато-коралловым светом. Под этим светом планета блестела как золото. Сусальное золото, спешно подумал я. Фальшивка, которая под красивой богатой наружностью скрывает чёрные недра с измученными, до полусмерти забитыми бывшими землянами, чёрным трудом которых живёт золотая обёртка. 

---------------------------------

Продолжение пишется