"Мы уже говорили, что Урсус не улыбался; он только смеялся - временами даже часто; но это был горький смех. В улыбке чувствуется согласие, тогда как смех часто означает отказ.

 Главной особенностью Урсуса была ненависть к роду человеческому. В этой ненависти он был неумолим. Он пришел к твердому убеждению, что жизнь человека отвратительна; он заметил, что существует своего рода иерархия бедствий: над королями, угнетающими народ, есть война, над войною - чума, над чумою - голод, а над всеми бедствиями - глупость человеческая; удостоверившись, что уже самый факт существования является в какой-то мере наказанием, и видя в смерти избавление, он тем не менее лечил больных, которых к нему приводили. У него были укрепляющие лекарства и снадобья для продолжения жизни стариков. Он ставил на ноги калек и потом язвительно говорил им: "Ну вот, ты снова на ногах. Можешь теперь вволю мыкаться по этой юдоли слез". Увидев нищего, умирающего от голода, он отдавал ему все деньги, какие у него были, и ворчал: "Живи, несчастный! Ешь! Старайся протянуть подольше! Не я сокращу срок твоей каторги". 

Затем, потирая руки, приговаривал: "Я делаю людям столько зла, сколько могу".