завещание
Когда моя подруга погибла, я несколько дней подряд читала ее блог в твиттере. Мне было трудно остановиться. Я читала его взахлеб. Мне нужно было впитать в себя последнее подтверждение ее существования. Это как судорожное глотание воздуха перед тем, как твоя голова в последний раз погружается под воду. Забавно думать о том, что сейчас я оставляю о себе такой же маленький отпечаток в бесконечном интернет-пространстве. В каком-то смысле завести публичный дневник или блог, посвященный самой себе — это ритуальное действие. Как завещание составить.
| Комментариев: 2 | Перейти в пост>
коробка
я лежу в картонной коробке. вместо глаз черные блестящие пуговицы. я смотрю, как в полумраке комнаты летят частички пыли. я лежу в коробке пять лет. на энциклопедии растений средней полосы россии. еще пролежу год, два, два с половиной, два года и 33 дня. потом я полечу по темному туннелю мусоропровода. буду лежать между баночкой недоеденного йогурта и мандариновой шкуркой. мы поедем на свалку. там меня сожгут. я полечу в атмосферу в виде диоксида углерода. я увижу мир, и, может быть, париж и токио. а сейчас я в коробке, и кажется, что это никогда не кончится.
| Комментариев: 0 | Перейти в пост>
Алиса вне страны чудес
Что сегодня будем есть? Колбаски. Они покрыты паутинкой плесени или еще чего-то. Такие сытные, острые, можно их их съесть целую тонну за раз. От них потом все горит в животе, и ты жалеешь, что съела так много. А что еще? А еще слезы. Соленые и честные. Взахлеб, навзрыд, до крика. Буду лежать скрюченная на скомканном одеяле. Поливать его жидкостью из глаз. А что, там же протеины? В слезах протеины, в слезах натрий хлор, на слезинке липидная оболочка. Вдруг на кровати вырастет сад? Или какая-то зверюшка. Я назову ее Рома, потому что это мое любимое слово. Почему любимое? Да-а-а, это ж не важно. Мелочи жизни.
Читать далее >
| | Комментариев: 2 | Перейти в пост>
Очнулся утром весь в слезах
Очнулся утром весь в слезах. Лицо помыл. Таблетку съел.
Преобразился. Вышел вон. Таксомотором принебрег.
Не потому, что денег мало. Вообще нипочему.
Полез в метро. Там очень мрамор грандиозный. Интерьер
такой серьезный. К месту службы, в учрежденье, прискакал.
Полдня работал. Притворялся молодым. Потом вспылил.
Назвал директоршу селедкой. Был уволен навсегда.
В дверях споткнулся, рухнул наземь. Выжил, выздоровел. Встал,
таблетку съел. Побрел в контору по соседству, в двух шагах.
В отделе кадров поскандалил. На работу поступил.
Полдня старался, притворялся Бог весть чем. Потом ушел.
Минут за двадцать до закрытья посетил универсам,
купил в рассрочку холодильник небывалой белизны.
Домой приехал. Съел таблетку. Прослезился. Съел еще.
Не помогло. Махнул рукой. Разделся, лег. Зевнул. Заснул.
И все - один. Один как перст, как сукин сын, как Шерлок Холмс!
Известный сыщик, между прочим. Надо ж понимать.
Но мы не хочем.
Но мы не хочем.
Нас тут полно таких серьезных, целлюлозных, нефтяных,
религиозных, бесполезных, проникающих во все,
желеобразных, шаровидных, цвета кофе с молоком,
таксомоторных, ярко-черных. походящих на бамбук,
пятиконечных, крупноблочных, вьючных, изредка ручных,
широкошумных, островерхих, с легкой как бы хрипотцой,
немолодых, претенциозных, праздных, сделанных на глаз,
ортодоксальных, щепетильных, ради...
Читать далее >
Преобразился. Вышел вон. Таксомотором принебрег.
Не потому, что денег мало. Вообще нипочему.
Полез в метро. Там очень мрамор грандиозный. Интерьер
такой серьезный. К месту службы, в учрежденье, прискакал.
Полдня работал. Притворялся молодым. Потом вспылил.
Назвал директоршу селедкой. Был уволен навсегда.
В дверях споткнулся, рухнул наземь. Выжил, выздоровел. Встал,
таблетку съел. Побрел в контору по соседству, в двух шагах.
В отделе кадров поскандалил. На работу поступил.
Полдня старался, притворялся Бог весть чем. Потом ушел.
Минут за двадцать до закрытья посетил универсам,
купил в рассрочку холодильник небывалой белизны.
Домой приехал. Съел таблетку. Прослезился. Съел еще.
Не помогло. Махнул рукой. Разделся, лег. Зевнул. Заснул.
И все - один. Один как перст, как сукин сын, как Шерлок Холмс!
Известный сыщик, между прочим. Надо ж понимать.
Но мы не хочем.
Но мы не хочем.
Нас тут полно таких серьезных, целлюлозных, нефтяных,
религиозных, бесполезных, проникающих во все,
желеобразных, шаровидных, цвета кофе с молоком,
таксомоторных, ярко-черных. походящих на бамбук,
пятиконечных, крупноблочных, вьючных, изредка ручных,
широкошумных, островерхих, с легкой как бы хрипотцой,
немолодых, претенциозных, праздных, сделанных на глаз,
ортодоксальных, щепетильных, ради...
| Комментариев: 0 | Перейти в пост>
Анна Ахматова о моем настроении на сегодня
Углем наметил на левом боку
Место, куда стрелять,
Чтоб выпустить птицу — мою тоску
В пустынную ночь опять.
Читать далее >
Место, куда стрелять,
Чтоб выпустить птицу — мою тоску
В пустынную ночь опять.
| Комментариев: 2 | Перейти в пост>
Кокаинетка
Что Вы плачете здесь, одинокая глупая деточка
Кокаином распятая в мокрых бульварах Москвы?
Вашу тонкую шейку едва прикрывает горжеточка.
Облысевшая, мокрая вся и смешная, как Вы...
Читать далее >
Кокаином распятая в мокрых бульварах Москвы?
Вашу тонкую шейку едва прикрывает горжеточка.
Облысевшая, мокрая вся и смешная, как Вы...
| Комментариев: 3 | Перейти в пост>
Синь
Читать далее >
Я лежал на земле. Такой черной и жирной почве, от которой холодок переходит на спину и пробирается до самых костей. Мышцы закоченели.
На земле — ковер из травинок. Каждая из них напоминала изумрудную змейку. Вместе они были связаны одной корневой системой.
| Комментариев: 1 | Перейти в пост>
Маяковский — Версия современного социофоба
Читать далее >
Голова под утро тяжелее обычного. Свинцом наливаются веки. Ту-дум. Ту-дум. Ту-дум. Кровеносные сосуды совсем обленились. Они ритмично и глухо стучат с ужасающим постоянством. Гул раздается во всей черепной коробке.
Внезапно раздается куда более резкий звук — дребезжащий звонок. На столе, возле ноутбука стоит старомодный советский телефон. Красный, с кольцом, которое нужно крутить, чтобы набрать номер.
Кто же это?
| Комментариев: 3 | Перейти в пост>
Пепел
Читать далее >
Когда сгорает бумага, кусочки пепла белеют, становясь похожими на сморщенные снежинки. Теплый воздух поднимает их вверх, и они летят, летят. Кружатся.
Если развести большой костер, то сучья и бревна в нем будут потрескивать жалобно, будто умоляя их спасти из жгучего огненного ада. Но мы остаемся равнодушными палачами, греясь, рассевшись полукругом у обжигающего сгустка света.
| Комментариев: 5 | Перейти в пост>
Социокосмос
Каждый человек — отдельная планета. На ней и океаны, полные тайного волшебства, и равнодушные пустыни, и суровые горы, и жаркие вулканы, и райские тропические угодья. Звери и птицы населяют эти миры, и каждый из них несет в себе частичку неизведанного.
Каждая планета имеет свою орбиту. Пролетая по ней очередной круг, она видит остальные, привычные ей планеты. Они приветствуют друг друга со своих орбит, при этом не сбиваясь с вечного пути. Какие-то из космических шариков подлетают друг ко другу поближе, некоторые же всю жизнь продолжают следить за товарищами издалека.
Если два мирка почувствуют, что они должны быть ближе друг ко другу, то вместе они могут сблизить свои орбиты. Тогда крошечные человечки-космонавты с каждой планеты смогут отправить свои космические корабли на поверхность дружественного мирка. Только вот надолго им там и не остаться. У каждой планеты своя, уникальная атмосфера. Космонавтам становится все труднее и труднее дышать, и они возвращаются домой.
Планеты продолжают свой круговой танец годами, пока постепенно не угасают и распадаются на кусочки-астероиды. Когда-нибудь они смогут открыться кому-то полностью. Только вот космонавтам осталось научиться дышать без воздуха.
| Комментариев: 4 | Перейти в пост>
