Сначала слышен звук точащегося металла – поезд метро на эту станцию выходит сразу из кривой. Затем показывается свет фар, а за ним и весь поезд. Монотонный голос просит отойти пассажиров от края платформы, седой машинист напряжённо смотрит на людей. Поезд останавливается.
В это время людей уже не очень много – утренний поток проходит чуть раньше, и теперь интервал между поездами значительно больше, чем ещё полчаса назад. И в это время первые лучи солнца падают сквозь грязные стёкла метромоста на пути. Такое ощущение, что на улице жара (несмотря на окрепший морозец). Машинист с удовольствием потягивается, объявляет остановку, закрывает двери, и поезд начинает медленно исчезать в солнечном свету и небольшой дымке моста. Он набирает скорость, и хвост его убегает со станции очень даже быстро. Сейчас по глазам пассажиров, наверное, привыкших порядком к темноте тоннеля, ударил яркий свет, и они зажмурились. Мне нравится, когда яркое солнце светит в глаза. Сразу кажется, что оно заряжает тебя теплом. Самое первое февральское солнце, только намек на то, что весна, возможно, еще и наступит. И недолгое счастье пассажиров – наслаждаться им короткий промежуток пути на въезде и съезде с моста, где бетонные стены заменены наполовину выбитыми стеклами. Если бы я был машинистом, я не считал бы круги, которые проехал за день. Я считал бы вот такие поездки по мосту, да и то в основном в те дни, когда солнце светит ярко.
Из озарённой дымки появляется морда встречного поезда. На стекле горят красные цифры: «13». Машинист этого поезда ещё немного ослеплён, но останавливает состав довольно чётко, напротив указателей. Люди выходят, другие торопятся занять свободные места. Поезд трогается.
Я всегда завидую тем, кто едет на другой берег или с него. Мой путь не лежит через мост, и, как бы мне этого ни не хотелось, тринадцатый состав увозит прочь от солнца и света, тепла и радости в чёрную дыру зияющего тоннеля. Глаза привыкнут немного, и замелькают привычно в окне своды кротовьих нор. Впереди ещё пять перегонов под землёй.