Раннее утро. Небо только-только забрезжило на востоке, но светает уже очень скоро. Проходит каких-то полчаса, и первые лучи солнца слегка касаются вершин сосен, ласково накрывая их мягким светом. Только птицы щебечут всё громче и громче, а больше ничего не рушит покоя тишины.

Девочка просыпается. Она потягивается, высовывает кончики пальцев ног из-под одеяла – свежесть пробирается в ноги и пробуждает всё тело. Она садится на постели и удивлённо смотрит в открытое окно, словно впервые видит этот пейзаж. Вдыхает грудью воздух, с жадностью улавливая самые новые запахи этого дня. Сидит так некоторое время, привыкая к новой обстановке. Теперь она здесь. Она улыбается этому миру, опускает на пол ножки и бежит в ванную комнату.

За полдень. Высокий утёс, у подножия которого гулко и тяжко бьются воды. Солнце то скрывается за рваными в клочья тучами, то появляется вновь. Под ногами струится мягкими волнами вереск, словно пытаясь сорваться с места и улететь далеко-далеко, вместе с птицами, что кружат над морем без устали.

На самом краю стоит молодая женщина лет тридцати с небольшим. Ветер дует ей в спину и несёт волосы впереди лица её. Женщина сосредоточенно смотрит вдаль. Теперь, некогда маленькая девочка, она полна сил. Только удивления миру и детской наивности стало меньше – за это время немало потрепало человека. Но она стоит твёрдо и верит, что однажды она сможет расправить крылья и взлететь, но не толкаться с чайками у берега, а отправиться за горизонт, куда смотрят глаза, куда рвется сердце. Ведь были те, кто улетал, так и она сможет. И теперь она чувствует это как никогда сильно. Только бы солёные брызги не замочили крыльев, а уж сил хватит.

Солнце сплющенным полудиском зависло над степью. Теперь уже невооружённым глазом видно, как оно медленно погружается в алое марево. На него можно смотреть широко открытыми глазами, оно уже не страшно. Ещё мгновение – и темнота заполнит мир. Даже звуки стали тише и будто где-то дальше. Словно откатились они к западу, к тем, кто ещё там живёт, кому ещё не дашь и сорока.

Пожилой женщине есть, о чём вспомнить на закате. Но нет ни сожаления, ни даже ностальгии в это время. Вся ностальгия прошла раньше. Сейчас остаётся только смирение и покорность. Сил на то, чтобы противопоставить себя судьбе, у неё уже нет. Поэтому она только смотрит сквозь припухлые веки на солнце, и глаза слезятся без причины. Безжизненная степь провожает этот день вместе со светом. Она провожает и её. Время, которого и так оставалось немного, истекает. Женщина в последний раз улыбается закату как кому-то родному и опускает руки.

Её день закончен.

Доброй ночи.