«Железная дорога» Николай Некрасов

В а н я (в кучерском армячке).
Папаша! кто строил эту дорогу?
П а п а ш а (в пальто на красной подкладке),
Граф Петр Андреевич Клейнмихель, душенька!
Разговор в вагоне

1

Славная осень! Здоровый, ядреный
Воздух усталые силы бодрит;
Лед неокрепший на речке студеной
Словно как тающий сахар лежит;

Около леса, как в мягкой постели,
Выспаться можно — покой и простор!
Листья поблекнуть еще не успели,
Желты и свежи лежат, как ковер.

Славная осень! Морозные ночи,
Ясные, тихие дни…
Нет безобразья в природе! И кочи,
И моховые болота, и пни -

Всё хорошо под сиянием лунным,
Всюду родимую Русь узнаю…
Быстро лечу я по рельсам чугунным,
Думаю думу свою…

2

Добрый папаша! К чему в обаянии
Умного Ваню держать?
Вы мне позвольте при лунном сиянии
Правду ему показать.

Труд этот, Ваня, был страшно громаден
Не по плечу одному!
В мире есть царь: этот царь беспощаден,
Голод названье ему.

Водит он армии; в море судами
Правит; в артели сгоняет людей,
Ходит за плугом, стоит за плечами
Каменотесцев, ткачей.

Он-то согнал сюда массы народные.
Многие — в страшной борьбе,
К жизни воззвав эти дебри бесплодные,
Гроб обрели здесь себе.

Прямо дороженька: насыпи узкие,
Столбики, рельсы, мосты.
А по бокам-то всё косточки русские…
Сколько их! Ванечка, знаешь ли ты?

Чу! восклицанья послышались грозные!
Топот и скрежет зубов;
Тень набежала на стекла морозные…
Что там? Толпа мертвецов!

То обгоняют дорогу чугунную,
То сторонами бегут.
Слышишь ты пение?.. «В ночь эту лунную
Любо нам видеть свой труд!

Мы надрывались под зноем, под холодом,
С вечно согнутой спиной,
Жили в землянках, боролися с голодом,
Мерзли и мокли, болели цингой.

Грабили нас грамотеи-десятники,
Секло начальство, давила нужда…
Всё претерпели мы, божии ратники,
Мирные дети труда!

Братья! Вы наши плоды пожинаете!
Нам же в земле истлевать суждено…
Всё ли нас, бедных, добром поминаете
Или забыли давно?..»

Не ужасайся их пения дикого!
С Волхова, с матушки Волги, с Оки,
С разных концов государства великого -
Это всё братья твои — мужики!

Стыдно робеть, закрываться перчаткою,
Ты уж не маленький!.. Волосом рус,
Видишь, стоит, изможден лихорадкою,
Высокорослый больной белорус:

Губы бескровные, веки упавшие,
Язвы на тощих руках,
Вечно в воде по колено стоявшие
Ноги опухли; колтун в волосах;

Ямою грудь, что на заступ старательно
Изо дня в день налегала весь век…
Ты приглядись к нему, Ваня, внимательно:
Трудно свой хлеб добывал человек!

Не разогнул свою спину горбатую
Он и теперь еще: тупо молчит
И механически ржавой лопатою
Мерзлую землю долбит!

Эту привычку к труду благородную
Нам бы не худо с тобой перенять…
Благослови же работу народную
И научись мужика уважать.

Да не робей за отчизну любезную…
Вынес достаточно русский народ,
Вынес и эту дорогу железную -
Вынесет всё, что господь ни пошлет!

Вынесет всё — и широкую, ясную
Грудью дорогу проложит себе.
Жаль только — жить в эту пору прекрасную
Уж не придется — ни мне, ни тебе.

3

В эту минуту свисток оглушительный
Взвизгнул — исчезла толпа мертвецов!
«Видел, папаша, я сон удивительный,-
Ваня сказал,- тысяч пять мужиков,

Русских племен и пород представители
Вдруг появились — и он мне сказал:
«Вот они — нашей дороги строители!..»
Захохотал генерал!

«Был я недавно в стенах Ватикана,
По Колизею две ночи бродил,
Видел я в Вене святого Стефана,
Что же… всё это народ сотворил?

Вы извините мне смех этот дерзкий,
Логика ваша немножко дика.
Или для вас Аполлон Бельведерский
Хуже печного горшка?

Вот ваш народ — эти термы и бани,
Чудо искусства — он всё растаскал!»-
«Я говорю не для вас, а для Вани…»
Но генерал возражать не давал:

«Ваш славянин, англо-сакс и германец
Не создавать — разрушать мастера,
Варвары! дикое скопище пьяниц!..
Впрочем, Ванюшей заняться пора;

Знаете, зрелищем смерти, печали
Детское сердце грешно возмущать.
Вы бы ребенку теперь показали
Светлую сторону…»

4

Рад показать!
Слушай, мой милый: труды роковые
Кончены — немец уж рельсы кладет.
Мертвые в землю зарыты; больные
Скрыты в землянках; рабочий народ

Тесной гурьбой у конторы собрался…
Крепко затылки чесали они:
Каждый подрядчику должен остался,
Стали в копейку прогульные дни!

Всё заносили десятники в книжку -
Брал ли на баню, лежал ли больной:
«Может, и есть тут теперича лишку,
Да вот, поди ты!..» Махнули рукой…

В синем кафтане — почтенный лабазник,
Толстый, присадистый, красный, как медь,
Едет подрядчик по линии в праздник,
Едет работы свои посмотреть.

Праздный народ расступается чинно…
Пот отирает купчина с лица
И говорит, подбоченясь картинно:
«Ладно… нешто… молодца!.. молодца!..

С богом, теперь по домам,- проздравляю!
(Шапки долой — коли я говорю!)
Бочку рабочим вина выставляю
И — недоимку дарю!..»

Кто-то «ура» закричал. Подхватили
Громче, дружнее, протяжнее… Глядь:
С песней десятники бочку катили…
Тут и ленивый не мог устоять!

Выпряг народ лошадей — и купчину
С криком «ура!» по дороге помчал…
Кажется, трудно отрадней картину
Нарисовать, генерал?..

Анализ стихотворения Некрасова «Железная дорога»

Поэт Николай Некрасов является одним из основоположников так называемого гражданского направления в русской литературе. Его произведения лишены каких-либо приукрашиваний и характеризуются необыкновенной реалистичностью, которая подчас вызывает улыбку, но в большинстве случаев является прекрасным поводом для переосмысления окружающей нас действительности.

К таким глубинным произведениям относится стихотворение «Железная дорога», написанное в 1864 году, спустя несколько месяцев после отмены крепостного права. В ней автор пытается показать обратную сторону медали строительства путепровода между Москвой и Петербургом, который для многих рабочих стал огромной братской могилой.

Стихотворение состоит из четырех частей. Первая из них носит романтический и умиротворенный характер. В ней Некрасов рассказывает о своем железнодорожном путешествии, не забывая отдать должного красоте русской природы и восхитительным пейзажам, которые открываются за окном поезда, проплывающего по лугам, полям и лесам. Восхищаясь открывающейся картиной, автор становится невольным свидетелем разговора между отцом-генералом и его сыном-подростком, который интересуется, кто же построил железную дорогу. Следует отметить, что эта тема во второй половине 19 века была особой актуальной и животрепещущей, так как железнодорожное сообщение открывало поистине неограниченные возможности для путешествий. Если на почтовой карете из Москвы в Петербург можно было добраться примерно за неделю, то путешествие на поезде позволяло сократить время в дороге до одних суток.

Однако мало кто задумывался над тем, какую цену пришлось заплатить за то, чтобы Россия, наконец, превратилась из отсталой аграрной страны в развитую европейскую державу. Символом преображения в данном случае выступила железная дорога, которая была призвана подчеркнуть новый статус русской империи. Строили ее бывшие крепостные крестьяне, которые, получив долгожданную свободу, попросту не знали, как распорядиться этим бесценным даром. На стройку века их гнало не столько любопытство и желание в полной мере вкусить прелести вольной жизни, сколько банальный голод, который Некрасов в своем стихотворении именует не иначе, как «царем», который правит миром. В итоге на строительстве железной дороги погибло несколько тысяч человек, и об этом поэт посчитал нужным рассказать не только своему юному спутнику, но и читателям.

Последующие части стихотворения «Железная дорога» посвящены спору между автором и генералом, который пытается уверить поэта в том, что русский мужик, тупо и бесправный, не в состоянии построить ничего более стоящего, чем деревянная сельская изба, убогая и перекошенная. По мнению оппонента Некрасова, лишь образованные и благородные люди имеют право считать себя гениями прогресса, им принадлежат великие открытия в области науки культуры и искусства. При этом генерал настаивает на том, что безрадостная картина, которую нарисовал поэт, вредит неокрепшему юношескому разуму его сына. И Некрасов берет на себя смелость показать ситуацию с другой стороны, рассказав о том, как были завершены строительные работы, и на празднике по этому поводу с барского плеча лабазника рабочие получили бочку вина и – списание долгов, которые накопили во время возведения железной дороги. Попросту говоря, поэт прямо указал на тот факт, что вчерашние рабы вновь оказались обманутыми, а результаты их труда присвоили себе те, кто является хозяином жизни и может позволить себе распоряжаться жизнью других по собственному усмотрению.

«Тройка» Николай Некрасов

Что ты жадно глядишь на дорогу
В стороне от весёлых подруг?
Знать, забило сердечко тревогу -
Всё лицо твоё вспыхнуло вдруг.

И зачем ты бежишь торопливо
За промчавшейся тройкой вослед?..
На тебя, подбоченясь красиво,
Загляделся проезжий корнет.

На тебя заглядеться не диво,
Полюбить тебя всякий не прочь:
Вьётся алая лента игриво
В волосах твоих, чёрных как ночь;

Сквозь румянец щеки твоей смуглой
Пробивается лёгкий пушок,
Из-под брови твоей полукруглой
Смотрит бойко лукавый глазок.

Взгляд один чернобровой дикарки,
Полный чар, зажигающих кровь,
Старика разорит на подарки,
В сердце юноши кинет любовь.

Поживёшь и попразднуешь вволю,
Будет жизнь и полна и легка…
Да не то тебе пало на долю:
За неряху пойдёшь мужика.

Завязавши под мышки передник,
Перетянешь уродливо грудь,
Будет бить тебя муж-привередник
И свекровь в три погибели гнуть.

От работы и чёрной и трудной
Отцветёшь, не успевши расцвесть,
Погрузишься ты в сон непробудный,
Будешь няньчить, работать и есть.

И в лице твоём, полном движенья,
Полном жизни — появится вдруг
Выраженье тупого терпенья
И бессмысленный, вечный испуг.

И схоронят в сырую могилу,
Как пройдёшь ты тяжёлый свой путь,
Бесполезно угасшую силу
И ничем не согретую грудь.

Не гляди же с тоской на дорогу
И за тройкой вослед не спеши,
И тоскливую в сердце тревогу
Поскорей навсегда заглуши!

Не нагнать тебе бешеной тройки:
Кони крепки и сыты и бойки,-
И ямщик под хмельком, и к другой
Мчится вихрем корнет молодой…

Анализ стихотворения Некрасова «Тройка»

Русского поэта Николая Некрасова по праву считают певцом женской доли. В его творчестве можно найти множество произведений, посвященных русским женщинам – красавицам, умницам и отменным хозяйкам, которых, увы, не балует судьба.
Одним из таких рифмованных жизнеописаний нелегкой женской доли является стихотворение «Тройка», созданное потом в 1846 году. Следует отметить, что до отмены крепостного права на Руси оставалось еще без малого 15 лет. Поэтому русские женщины в селах находились на положении самых настоящих рабынь. Родившись в многодетной семье, они с самого детства были приучены к тяжелому крестьянскому труду. Однако многие из юных девушек не хотели мириться со своей незавидной участью и мечтали о сказочных принцах. Поэтому господская тройка с кучером и молодым барином вызывала у русских красавиц неподдельный интерес. Ведь в одном из таких экипажей может оказаться тот самый суженый, который влюбится в простую сельскую девушку и увезет ее с собой.

Однако с присущим Некрасову реализмом в стихотворении «Тройка» показана совсем иная картина, гнетущая и безрадостная. Поэт обращается одновременно ко всем молодым крестьянкам, вопрошая: «И зачем ты бежишь торопливо за промчавшейся тройкой вослед?». Автор знает ответ на этот вопрос, так как в русскую красавицу не трудно влюбиться. Ведь «взгляд один чернобровой дикарки» способен свести с ума и пылкого юношу, и убеленного сединами старика. «Будет жизнь и полна и легка», — отмечает поэт, но тут же сразу поправляет сам себя, утверждая, что большинству сельских девушек выпадет совсем иная доля. И пределом их мечтаний, в конце концов, окажется «неряха мужик», который не прочь выпить и всегда рад поучить свою жену уму-разуму при помощи кулаков. Так как после свадьбы на Руси молодожены обычно селились в доме супруга, то Некрасов предрекает девушкам весьма незавидную долю. Отныне им придется тащить на своих хрупких плечах огромное домашнее хозяйство, и при этом терпеть издевательства со стороны новых родственников, особенно свекрови, которая будет «в три погибели гнуть» невестку. Непростой крестьянский быт, который построен на ежедневном уходе за домашними животными, уборкой, приготовлением пищи, присмотром за детьми и работой в поле, со временем превратит вчерашнюю красавицу в безобразную старуху, на лице которое застыло «выраженье тупого терпенья и бессмысленный, вечны испуг». Век женщины на Руси короток, и вскоре ее ждет сырая могила, которой она отдаст свою «бесполезно угасшую силу и ничем не согретую грудь».

Предвидя подобное развитие событий, Некрасов просит сельских девушек смириться со своей незавидной участью и не мечтать о том, чему сбыться не суждено. «Не гляди ж ты с тоской на дорогу и за тройкой вослед не спеши», — увещевает автор сельских красавиц, заранее зная, что впереди их ждет лишь разочарование. Хотя бы потому, что нагнать белую тройку девушкам не удастся как в прямом, так и в переносном смысле. Ведь ее пассажиры – люди из другого мира, которым нет никакого дела до сельских красавиц, мечтающих о сытой, спокойной и счастливой жизни. Поэтому « к другой мчится вихрем корнет молодой», для которого повстречавшаяся на пути крестьянка является неотъемлемой частью русского пейзажа, унылого, обыденного и не вызывающего абсолютно никакого интереса.

Что же до мечтаний юных девушек, то это – единственное светлое пятнышко в их беспросветной крестьянской жизни. Однако поэт считает, что о нем нужно забыть как можно скорее, чтобы избавиться от «тоскливой в сердце тревоги», способной омрачить сельской красавице и без того нелегкую жизнь.

«Поэт и гражданин» Николай Некрасов

Г р а ж д а н и н (входит)

Опять один, опять суров,
Лежит — и ничего не пишет.

П о э т

Прибавь: хандрит и еле дышит -
И будет мой портрет готов.

Г р а ж д а н и н

Хорош портрет! Ни благородства,
Ни красоты в нем нет, поверь,
А просто пошлое юродство.
Лежать умеет дикий зверь…

П о э т

Так что же?

Г р а ж д а н и н

Да глядеть обидно.

П о э т

Ну, так уйди.

Г р а ж д а н и н

Послушай: стыдно!
Пора вставать! Ты знаешь сам,
Какое время наступило;
В ком чувство долга не остыло,
Кто сердцем неподкупно прям,
В ком дарованье, сила, меткость,
Тому теперь не должно спать…

П о э т

Положим, я такая редкость,
Но нужно прежде дело дать.

Г р а ж д а н и н

Вот новость! Ты имеешь дело,
Ты только временно уснул,
Проснись: громи пороки смело…

П о э т

А! знаю: «Вишь, куда метнул!
Но я обстрелянная птица.
Жаль, нет охоты говорить.

(Берет книгу.)

Спаситель Пушкин!- Вот страница:
Прочти и перестань корить!

Г р а ж д а н и н (читает)

«Не для житейского волненья,
Не для корысти, не для битв,
Мы рождены для вдохновенья,
Для звуков сладких и молитв.

П о э т (с восторгом)

Неподражаемые звуки!..
Когда бы с Музою моей
Я был немного поумней,
Клянусь, пера бы не взял в руки!

Г р а ж д а н и н

Да, звуки чудные… ура!
Так поразительна их сила,
Что даже сонная хандра
С души поэта соскочила.
Душевно радуюсь — пора!
И я восторг твой разделяю,
Но, признаюсь, твои стихи
Живее к сердцу принимаю.

П о э т

Не говори же чепухи!
Ты рьяный чтец, но критик дикий.
Так я, по-твоему,- великий,
Повыше Пушкина поэт?
Скажи пожалуйста?!.

Г р а ж д а н и н

Ну, нет!
Твои поэмы бестолковы,
Твои элегии не новы,
Сатиры чужды красоты,
Неблагородны и обидны,
Твой стих тягуч. Заметен ты,
Но так без солнца звезды видны.
В ночи, которую теперь
Мы доживаем боязливо,
Когда свободно рыщет зверь,
А человек бредет пугливо,-
Ты твердо светоч свой держал,
Но небу было неугодно,
Чтоб он под бурей запылал,
Путь освещая всенародно;
Дрожащей искрою впотьмах
Он чуть горел, мигал, метался.
Моли, чтоб солнца он дождался
И потонул в его лучах!

Нет, ты не Пушкин. Но покуда,
Не видно солнца ниоткуда,
С твоим талантом стыдно спать;
Еще стыдней в годину горя
Красу долин, небес и моря
И ласку милой воспевать…

Гроза молчит, с волной бездонной
В сияньи спорят небеса,
И ветер ласковый и сонный
Едва колеблет паруса,-
Корабль бежит красиво, стройно,
И сердце путников спокойно,
Как будто вместо корабля
Под ними твердая земля.
Но гром ударил; буря стонет,
И снасти рвет, и мачту клонит,-
Не время в шахматы играть,
Не время песни распевать!
Вот пес — и тот опасность знает
И бешено на ветер лает:
Ему другого дела нет…
А ты что делал бы, поэт?
Ужель в каюте отдаленной
Ты стал бы лирой вдохновленной
Ленивцев уши услаждать
И бури грохот заглушать?

Пускай ты верен назначенью,
Но легче ль родине твоей,
Где каждый предан поклоненью
Единой личности своей?
Наперечет сердца благие,
Которым родина свята.
Бог помочь им!.. а остальные?
Их цель мелка, их жизнь пуста.
Одни — стяжатели и воры,
Другие — сладкие певцы,
А третьи… третьи — мудрецы:
Их назначенье — разговоры.
Свою особу оградя,
Они бездействуют, твердя:
«Неисправимо наше племя,
Мы даром гибнуть не хотим,
Мы ждем: авось поможет время,
И горды тем, что не вредим!»
Хитро скрывает ум надменный
Себялюбивые мечты,
Но… брат мой! кто бы ни был ты,
Не верь сей логике презренной!
Страшись их участь разделить,
Богатых словом, делом бедных,
И не иди во стан безвредных,
Когда полезным можешь быть!
Не может сын глядеть спокойно
На горе матери родной,
Не будет гражданин достойный
К отчизне холоден душой,
Ему нет горше укоризны…
Иди в огонь за честь отчизны,
За убежденье, за любовь…
Иди, и гибни безупрёчно.
Умрешь не даром, дело прочно,
Когда под ним струится кровь…

А ты, поэт! избранник неба,
Глашатай истин вековых,
Не верь, что не имущий хлеба
Не стоит вещих струн твоих!
Не верь, чтоб вовсе пали люди;
Не умер бог в душе людей,
И вопль из верующей груди
Всегда доступен будет ей!
Будь гражданин! служа искусству,
Для блага ближнего живи,
Свой гений подчиняя чувству
Всеобнимающей Любви;
И если ты богат дарами,
Их выставлять не хлопочи:
В твоем труде заблещут сами
Их животворные лучи.
Взгляни: в осколки твердый камень
Убогий труженик дробит,
А из-под молота летит
И брызжет сам собою пламень!

П о э т

Ты кончил?.. чуть я не уснул.
Куда нам до таких воззрений!
Ты слишком далеко шагнул.
Учить других — потребен гений,
Потребна сильная душа,
А мы с своей душой ленивой,
Самолюбивой и пугливой,
Не стоим медного гроша.
Спеша известности добиться,
Боимся мы с дороги сбиться
И тропкой торною идем,
А если в сторону свернем -
Пропали, хоть беги со света!
Куда жалка ты, роль поэта!
Блажен безмолвный гражданин:
Он, Музам чуждый с колыбели,
Своих поступков господин,
Ведет их к благородной цели,
И труд его успешен, спор…

Г р а ж д а н и н

Не очень лестный приговор.
Но твой ли он? тобой ли сказан?
Ты мог бы правильней судить:
Поэтом можешь ты не быть,
Но гражданином быть обязан.
А что такое гражданин?
Отечества достойный сын.
Ах! будет с нас купцов, кадетов,
Мещан, чиновников, дворян,
Довольно даже нам поэтов,
Но нужно, нужно нам граждан!
Но где ж они? Кто не сенатор,
Не сочинитель, не герой,
Не предводитель,
Кто гражданин страны родной?
Где ты? откликнись? Нет ответа.
И даже чужд душе поэта
Его могучий идеал!
Но если есть он между нами,
Какими плачет он слезами!!.
Ему тяжелый жребий пал,
Но доли лучшей он не просит:
Он, как свои, на теле носит
Все язвы родины своей.
… … … … …
… … … … …
Гроза шумит и к бездне гонит
Свободы шаткую ладью,
Поэт клянет или хоть стонет,
А гражданин молчит и клонит
Под иго голову свою.
Когда же… Но молчу. Хоть мало,
И среди нас судьба являла
Достойных граждан… Знаешь ты
Их участь?.. Преклони колени!..
Лентяй! смешны твои мечты
И легкомысленные пени — жалобы.
В твоем сравненье смыслу нет.
Вот слово правды беспристрастной:
Блажен болтающий поэт,
И жалок гражданин безгласный!

П о э т

Не мудрено того добить,
Кого уж добивать не надо.
Ты прав: поэту легче жить -
В свободном слове есть отрада.
Но был ли я причастен ей?
Ах, в годы юности моей,
Печальной, бескорыстной, трудной,
Короче — очень безрассудной,
Куда ретив был мой Пегас!
Не розы — я вплетал крапиву
В его размашистую гриву
И гордо покидал Парнас.
Без отвращенья, без боязни
Я шел в тюрьму и к месту казни,
В суды, в больницы я входил.
Не повторю, что там я видел…
Клянусь, я честно ненавидел!
Клянусь, я искренно любил!
И что ж?.. мои послышав звуки,
Сочли их черной клеветой;
Пришлось сложить смиренно руки
Иль поплатиться головой…
Что было делать? Безрассудно
Винить людей, винить судьбу.
Когда б я видел хоть борьбу,
Бороться стал бы, как ни трудно,
Но… гибнуть, гибнуть… и когда?
Мне было двадцать лет тогда!
Лукаво жизнь вперед манила,
Как моря вольные струи,
И ласково любовь сулила
Мне блага лучшие свои -
Душа пугливо отступила…
Но сколько б не было причин,
Я горькой правды не скрываю
И робко голову склоняю
При слове «честный гражданин».
Тот роковой, напрасный пламень
Доныне сожигает грудь,
И рад я, если кто-нибудь
В меня с презреньем бросит камень.
Бедняк! и из чего попрал
Ты долг священный человека?
Какую подать с жизни взял
Ты — сын больной больного века?..
Когда бы знали жизнь мою,
Мою любовь, мои волненья…
Угрюм и полон озлобленья,
У двери гроба я стою…

Ах! песнею моей прощальной
Та песня первая была!
Склонила Муза лик печальный
И, тихо зарыдав, ушла.
С тех пор не часты были встречи:
Украдкой, бледная, придет
И шепчет пламенные речи,
И песни гордые поет.
Зовет то в города, то в степи,
Заветным умыслом полна,
Но загремят внезапно цепи -
И мигом скроется она.
Не вовсе я ее чуждался,
Но как боялся! как боялся!
Когда мой ближний утопал
В волнах существенного горя -
То гром небес, то ярость моря
Я добродушно воспевал.
Бичуя маленьких воришек
Для удовольствия больших,
Дивил я дерзостью мальчишек
И похвалой гордился их.
Под игом лет душа погнулась,
Остыла ко всему она,
И Муза вовсе отвернулась,
Презренья горького полна.
Теперь напрасно к ней взываю -
Увы! Сокрылась навсегда.
Как свет, я сам ее не знаю
И не узнаю никогда.
О Муза, гостьею случайной
Являлась ты моей душе?
Иль песен дар необычайный
Судьба предназначала ей?
Увы! кто знает? рок суровый
Всё скрыл в глубокой темноте.
Но шел один венок терновый
К твоей угрюмой красоте…

Анализ стихотворения Некрасова «Поэт и гражданин»

Не секрет, что Николай Некрасов довольно иронично относился к своему творчеству, считая, что муза, кем бы она ни была, явно обделала его талантом, которым, несомненно, обладал Пушкин. В произведениях этого поэта Некрасов видел изящество и красоту слога, прямоту мыслей и тонкую иронию. Более того, расцвет творчества Пушкина пришелся на первую половину 19 века и совпал со многими знаменательными событиями, одним из которых стало восстание декабристов. К тому моменту Некрасову исполнилось всего лишь 4 года, и будущий поэт еще не осознавал того простого факта, что попытка свергнуть самодержавие, предпринятая не крестьянами, а лучшими представителями дворянского сословия, помогла Пушкину четко сформулировать призвание поэта.

К тому моменту, когда Некрасов стал достаточно известным литератором, социальная значимость поэзии утратила свою прежнюю остроту и актуальность. Стихи вновь, как и во времена Жуковского, стали светской забавой, призванной услаждать слух образованных людей. Пытаясь изменить это представление о поэзии, Некрасов в 1855 году создал одно из самых значимых своих произведений под названием «Поэт и гражданин».

Это стихотворение построено на диалоге двух людей, один из которых является литератором и, по-видимому, олицетворяет самого Некрасова, а другой – обычным гражданином своей страны, в меру начитанным и образованным. Их встреча начинается с упреков со стороны гражданина, который призывает поэта вспомнить о своем предназначении и повернуться лицом к собственному народу, которые нуждается в его поддержке. Между тем, поэт пребывает не в самом лучшем душевном состоянии, он «хандрит и еле дышит». Причина столь явной деградации очевидна: литератор не только разуверился в своем творчестве, но и считает, что от него обществу нет абсолютно никакой пользы.

Полемика между гражданином и поэтом по поводу того, что тот же Пушкин открыто заявлял о том, каким именно должен быть человек, взявший на себя смелость создавать стихи, раскрывает неожиданные черты и качества Некрасова. Пожалуй, впервые автор пытается не только иронизировать над своими произведениями, но и признается, что любовная лирика, так почитаемая в обществе, является, по сути, бессмысленной тратой времени для человека, который в состоянии формировать своими произведениями общественное мнение, Вот только является ли Некрасов таким поэтом?

Ответ на этот вопрос дает полемика между гражданином и поэтом, в ходе которой автор признается, что не может причислять себя к великим деятелям русской литературы хотя бы потому, что у России уже есть такие столпы поэзии, как Пушкин и Лермонтов. На что гражданин возражает ему достаточно убедительно, отмечая, что «нет, ты не Пушкин. Но покуда не видно солнца ниоткуда, с твоим талантом стыдно спать». Эту фразу можно расценивать двояко. Однако по отношению к Некрасову она означает лишь то, что на фоне романтических и умильных литературных опусов других авторов его произведения, имеющие социальную подоплеку и вскрывающие язвы современного общества, подобны разорвавшейся бомбе.

Апофеозом этого произведения по праву считается фраза «поэтом можешь ты не быть, но гражданином быть обязан», которая стала крылатой. Это – своеобразный итог дискуссии поэта и гражданина, который четко расставляет все точки над «i», показывая, что чем бы ни занимался в своей жизни человек, интересы общества не должны быть ему чужды. И если бы каждому из людей удалось это осознать, то мир стал бы намного чище и лучше. И, возможно, тогда бы поэзия имела совершенно другое предназначение, которое было ей свойственно во времена Пушкина, и смогла бы «глаголом жечь сердца людей».

«Вчерашний день, часу в шестом…» Николай Некрасов

Вчерашний день, часу в шестом,
Зашел я на Сенную;
Там били женщину кнутом,
Крестьянку молодую.

Ни звука из ее груди,
Лишь бич свистал, играя…
И Музе я сказал: «Гляди!
Сестра твоя родная!»

Анализ стихотворения Некрасова «Вчерашний день, часу в шестом…»

Творчество Николая Некрасова весьма реалистично и лишено приукрашивания действительности. Это объясняется не только личной драмой поэта, который подростком сбежал из дома, опасаясь гнева своего несдержанного и довольно жестокого отца. Годы скитаний и жизни в питерских трущобах заставили Некрасова совсем по-иному взглянуть на окружающий его мир, в котором жестокости гораздо больше, чем справедливости.

Некрасов открыто выступал за отмену крепостного права, считая, что никто не может быть хозяином другому человеку, который по праву своего рождения является свободным. Однако позже, когда русский крестьянин получил долгожданную свободу, поэт осознал, что его народ попросту не знает, что делать с этим бесценным даром. Поэтому в своих поздних произведениях автор неоднократно указывал на то, что крепостные крестьяне хоть и находились под гнетом помещиков и были совершенно бесправными, но все же имели свой кров и кусок хлеба на ужин.

Впрочем, до 1864 года было еще достаточно далеко, и молодой поэт, сам хлебнувший горя и унижений в чужом городе, воспринимал страдания своего народа очень близко к сердцу. Итогом такого отношения к окружающей действительности стало появление хрестоматийного стихотворения «Вчерашний день, часу в шестом…», созданного в 1848 году. Его героиня является молодая крестьянка, которую поэт увидел на Сенной площади в Петербурге теплым летним вечером. За неизвестно какую провинность ее подвергли публичной порке кнутом, что вызвало у автора смесь самых разнообразных чувств – жалость, негодование, беспомощность и глубокую печаль от осознания того, что ничего в этом мире изменить он не в состоянии.

Однако второе четверостишье этого произведения пронизано совершенно другими мыслями и настроениями. Николай Некрасов, отмечает, что обычная сельская девушка держалась очень мужественно и достойно. «Ни звука из ее груди, лишь бич свистал, играя…», — отметил поэт. И это удивительное наблюдение наполнило его душу гордостью за собственный народ, который, вопреки всем унижениями и невзгодам, остается гордым, непреклонным и не теряющим чувства собственного достоинства. По мнению автора, в этом и заключается загадочность русской души, ее самая сокровенная тайна, которая дает силы обычной молодой крестьянки без единой слезы и слова упрека снести публичные унижения, сохранив при этом честь и природную гордость.

Примечательно, что поэт отождествляет эту простую русскую женщину с собственной музой, считая, что к столбу на Сенной площади привязана ее родная сестра. Именно такой, гордой и неприступной Некрасов видит собственную музу, которая способна вынести любые страдания и при этом даже виду не подать, насколько ей больно и тяжело. Стоит также отметить, что в этом произведении поэт впервые затронул тему роли поэта в обществе и попытался дать ответ на вопрос о том, что именно лично его вдохновляет на творчество. И этим источником вдохновения оказалась жизнь простых крепостных крестьян, полная лишений, невзгод и страданий. Таким образом, автор, являясь выходцем из достаточно благородной и обеспеченной семьи, словно бы перечеркивает свое дворянское происхождение, отмечая, что нужды народа ему гораздо ближе и понятнее, чем проблемы высшего общества. И это добровольное отречение от тех, кого Некрасов считает недостойными зваться людьми, становится основным лейтмотивом творчества поэта, его «визитной карточкой» в мире русской литературы. Именно поэтому муза Некрасова рисуется поэту в образе крестьянки, а не изысканной и благородной барышни. Ведь, по мнению автора, только в муках и страданиях могут рождаться по-настоящему достойные стихи, способные заставить людей мыслить, чувствовать и желать хоть что-то изменить в своей жизни.

«Элегия» Николай Некрасов

Пускай нам говорит изменчивая мода,
Что тема старая «страдания народа»
И что поэзия забыть ее должна.
Не верьте, юноши! не стареет она.
О, если бы ее могли состарить годы!
Процвел бы божий мир!… Увы! пока народы
Влачатся в нищете, покорствуя бичам,
Как тощие стада по скошенным лугам,
Оплакивать их рок, служить им будет муза,
И в мире нет прочней, прекраснее союза!…
Толпе напоминать, что бедствует народ,
В то время, как она ликует и поет,
К народу возбуждать вниманье сильных мира -
Чему достойнее служить могла бы лира?…

Я лиру посвятил народу своему.
Быть может, я умру неведомый ему,
Но я ему служил — и сердцем я спокоен…
Пускай наносит вред врагу не каждый воин,
Но каждый в бой иди! А бой решит судьба…
Я видел красный день: в России нет раба!
И слезы сладкие я пролил в умиленье…
«Довольно ликовать в наивном увлеченье,-
Шепнула Муза мне.- Пора идти вперед:
Народ освобожден, но счастлив ли народ?..

Внимаю ль песни жниц над жатвой золотою,
Старик ли медленный шагает за сохою,
Бежит ли по лугу, играя и свистя,
С отцовским завтраком довольное дитя,
Сверкают ли серпы, звенят ли дружно косы -
Ответа я ищу на тайные вопросы,
Кипящие в уме: «В последние года
Сносней ли стала ты, крестьянская страда?
И рабству долгому пришедшая на смену
Свобода наконец внесла ли перемену
В народные судьбы? в напевы сельских дев?
Иль так же горестен нестройный их напев?..»

Уж вечер настает. Волнуемый мечтами,
По нивам, по лугам, уставленным стогами,
Задумчиво брожу в прохладной полутьме,
И песнь сама собой слагается в уме,
Недавних, тайных дум живое воплощенье:
На сельские труды зову благословенье,
Народному врагу проклятия сулю,
А другу у небес могущества молю,
И песнь моя громка!.. Ей вторят долы, нивы,
И эхо дальних гор ей шлет свои отзывы,
И лес откликнулся… Природа внемлет мне,
Но тот, о ком пою в вечерней тишине,
Кому посвящены мечтания поэта,
Увы! не внемлет он — и не дает ответа…

Анализ стихотворения Некрасова «Элегия»

Николая Некрасова, который посвятил большинство своих произведений народу, описывая его тяжелую долю, нередко называли «мужицким поэтом» и критиковали за то, что он слишком много внимания уделяет быту и жизни крестьян. После отмены крепостного права в 1861 году нападки на поэта со стороны литературных критиков и чиновников усилились, так как он по-прежнему продолжал адресовать свои произведения низшим слоям общества, считая, что их жизнь нисколько не улучшилась.

Наконец, в 1874 году, желая ответить своим оппонентам на незаслуженные упреки и оскорбления, Николай Некрасов написал стихотворение «Элегия», из названия которого можно сделать вывод, что на сей раз речь пойдет о чем-то благородной и изящном. В этом заключалась ирония поэта, который вновь посвятил стихи тяжкой доле своего народа и попытался найти ответ на вопрос, действительно ли крестьянам стало жить лучше после отмены крепостного права?

Стихотворение начинается с обращения к неизвестным оппонентам поэта, которых он убеждает в том, что «тема старая «страдания народа»» все еще актуальна хотя бы потому, что крестьяне, получив свободу, все так же бедствуют. И поэт считает своим долгом обращать внимание «сильных мира» на проблемы обычных людей, считая, что в этом и заключается его предназначение. «Я лиру посвятил народу своему», — отмечает Некрасов, и в этих словах нет ни грамма пафоса. Ведь поэт на собственном опыте узнал, каково это – жить в нищете и порой даже не иметь крыши над головой. Поэтому Некрасов отмечает, что он «сердцем спокоен» и нисколько не сожалеет о том, что героями его произведений являются не взбалмошные светские девицы, чиновники и аристократы, а крестьяне.

Некрасов отмечает, что ему посчастливилось видеть «красный день», когда произошла отмена крепостного права, что вызвало у поэта «сладкие слезы». Однако радость его была недолгой, так как, по уверению автора, муза-вдохновительница приказала идти ему вперед. «Народ освобожден, но счастлив ли народ?», — вопрошает поэт.

Ответ на этот вопрос он пытается найти в повседневной жизни крестьян, которые все так же вынуждены гнуть спину на поле, чтобы прокормить себя и свою семью. Наблюдая за тем, как споро кипит работа во время жатвы, как стройно и слаженно поют женщины, орудуя серпом, а счастливые дети бегут в поле, чтобы передать отцу завтрак, Некрасов отмечает, что подобная картина навевает умиротворение и спокойствие. Однако поэт понимает, что за кажущимся внешним благополучием по-прежнему скрываются проблемы, ведь лишь единицы из этих тружеников села могут рассчитывать на лучшую долю, получение образования и возможность узнать, что жить можно совсем по-другому, зарабатывая не тяжким физическим трудом, а интеллектом.

Поэтому, завершая свою «Элегию», автор отмечает, что он не знает ответа на вопрос, лучше ли теперь живется крестьянам. И даже герои его многочисленных произведений не в состоянии объективно сказать, действительно ли они стали счастливыми. На одной чаще весов – свобода, на другой – голод и нищета, ведь теперь они сами несут ответственность за собственную жизнь и очень часто даже не представляют, как ею распорядиться. При этом Некрасов прекрасно осознает, что естественный процесс миграции вчерашних крепостных уже начался, и этим пользуются их вчерашние хозяева, которые за копейки покупают дармовую рабочую силу, которая не умеет отстаивать свои права в силу безграмотности и впитанного с молоком матери преклонения перед господами. В итоги тысячи вчерашних крестьян обрекают себя и свои семьи на голодную смерть, даже не подозревая о том, что на их труде по-прежнему наживаются те, кто сумел извлечь свою выгоду из отмены крепостного права.