В последнее время я не я.
Это, знаете... Ты как туман. Обволакиваешь все вокруг, каждый предмет и каждого человека, растворяешься в воздухе, в пустоте, становишься частью самого тесного и замкнутого общества так ненавязчиво, будто это в порядке вещей.
Иногда мне кажется, что меня вообще нет.

Именно сейчас, в эту самую минуту, в восемь по Москве мне жутко хочется покоя. Чтобы без Кати, милой, но беспрестанно орущей, чтобы без мамы с ее уборками и обедами, чтобы без школы, без людей, делай что хочешь, встань рано утром, улыбнись солнцу - от чистого сердца, - приберись под что-нибудь бодренькое и занимайся своими делами в свое же удовольствие.
Вместо этого я встаю и иду в школу со своим воспаленным и болящим ухом, иду, чтобы улыбаться без единой эмоции, сидеть без единой мысли, желая только поскорее вернуться домой.
Эх.

К врачу завтра. Час ехать. Скука...

В последнее время я очень много читаю. Что-то совсем детское, найденно в закромах шкафа, что-то по-взрослому серьезное из Вовиной библиотеки, фантастику, приносимую мамой с работы, фики с просторов нета, мангу, статьи, заметки, что-то новое и зачитанное до дыр, вроде "Лабиринта", бесконечно мною любимого... Я буквоман.
Наверное, такого слова даже не существует?

А знаете, как давно я хочу что-нибудь здесь написать? Я просто не могу. Слова не пишутся.

В последнее время я вообще забила на всех. На семью - кровную и дружескую. С ребятами из нета общаться не хочется. То есть как бы и хочется, но так бесконечно лень, так безразлично...
Заметила, что за этот месяц, или даже три, неважно, я ни разу не подумала, как хорошо бы было, если бы Саня вдруг приехал. Я люблю его даже больше, чем "Лабиринт отражений". Только он никогда не приезжает. А мне раньше так скучно без него бывало, а сейчас... безразлично, знаете.
Хорошо, конечно, если он вдруг появится, но мне этого не хочется до дрожи, как не хочется к дождику, как не хочется любоваться новообретенной грозой - он знаете какой! Только мне безразлично как-то.

Слишком часто встречаю в коридорах одного старого друга. Точнее, не друга. Просто... человека.
Чувствую себя виноватой. Его глаза раньше выражали такую преданность - сейчас ничего не выражают.
Я тут подумала, если бы я никогда не меняла класс, то никогда бы его не отпустила никуда, наверное. Такие глаза, знаете, отпускать не хочется совсем.
Током от них прошибает.
Ах, это все такое давнее...
А я вот не понимаю. Те люди, которые были, пожалуй, даже моей первой семьей - почему они такие сволочи, а?
Не суть.

Пойду чай пить.

И знаете еще что...
Раз уж они такие... нехорошие, скажем... За четыре года я, наверное, могла стать такой же?
Могла ли я быть когда-нибудь солнцем?
Могла ли я всегда быть "иллюзионистом"?
Может это талант такой - приносить несчастье?
Хотя я вроде не приношу...

Знаете, улыбаться не так сложно, даже искренне. Стоит людям поверить в эту искренность, они никогда не станут приглядываться. А у меня привычка рассматривать окружающих.
Вова, он, знаете, такой фальшивый... Он не улыбается искренне.
И мы не друзья даже.
И я, пожалуй, не хочу иметь с ним дело. Он сам не знает, кто он. Путается в словах.
И такой фальшивый, до тошноты.
Ненавижу фальшивки.

Ухо болит...
А лекарство, знаете, железом пахнет и холодное.
Фу.
Мне определенно нужен чай.
Может, хоть главу прочитаю до мамы.
Пойду к котикам.