Задумался.
Что нужно знать, сколько нужно знать о человеке дабы иметь право (хотя бы моральное перед собою самим) использовать его образ? С полностью вымышленными персонажами, допустим, все ясно. Своеобразная солянка из встречных-поперечных, виданных-невиданных, читаных-недочитанных, желанных и нежеланных. Это понятно, что смог то и сочинил. Дал волю фантазии и повела она тебя дорогой дальнею, слегка туманною.
Возможно когда-то, лет через эндцать я позволю себе полностью измышлять персонажа, правдоподобного вплоть до возгласа Станиславского "Верю!"
Но сейчас, сейчас я сам не верю в собственные силы создать жизнеспособного персонажа для книги. Ладно, ладно, разве что одного, гг, прообразом которого стану я сам, мое видение, мои стремления, желания, страхи.
Но, но это скучно, господа. Линейный сюжет. Рояли в кустах. Сплошное везение и, хм, а может и не очень скучно. Можно накрутить, заставить героя страдать, мучатся (ага, это себя то заставить страдать? Пусть даже в вымысле). Я то ладно, могу. Но, но даже в этом случае для хоть чуть достойного произведения нужны еще герои. Да, нужны. И, нет, можно конечно использовать наработки предшественников на литературной стезе, выбрать из тысяч шаблонных персонажей. Да так оно и будет с второстепенными ролями. Что бы ты не написал, как бы не пытался олицетворять второстепенных персонажей они все равно окажутся на одной полке с шаблонными. Ибо ну не успеешь ты придать им той изюминки, которая суть душа персонажа, единственная в своем роде.
Здесь поди сделай так, чтобы главный герой имел душу, выбился из черной дыры шаблона.
А если я замахнулся на дюжину живых героев? Где взять гранитные заготовки для образов? Из жизни, из опыта общения с людьми. Возможно герой родится из образа отца, возможно друга, может быть девушки или подруги. Но, в большинстве случаев, пожалуй, герой, тот, кого ты начнешь выделывать из гранита образа, потеряет всяческое сходство с первоначальным эталоном-заготовкой.
Вот и задумался я, как, сколько, чего нужно знать о человеке, чтобы тот, прочтя твой рассказ, мой рассказ или роман, сказал "Черт подери, негодник, ты написал этого персонажа из меня! Ну точь в точь я!"
Да, да и еще раз да. Нужно быть чертовски везучим типом, чтобы услышать нечто подобное от знакомого. Великим психологом, еще большим писателем ну и, и еще, пожалуй сносным другом. Что уже довольно маловероятно в сочетании. Но мы не рассматриваем то, что нам мешает, пока не рассматриваем. Давайте подумаем что же нам нужно и сколько нам нужно от человека? Когда от него остается образ, который годный для построения нового, для описания одного из действующих лиц какого-либо произведения. Произведения, допустим, чуть полнее и сложнее юморески.
Подумай об этом в первую очередь ты, тот, кто все это сейчас пишет. И вам, кто читает, также разрешено думать и даже высказываться.
Ох, да, чуть не забыл. Действующее лицо должно... Стоп! Вот это еще одна очень занимательная тема. Имеется в виду должно ли действующее лицо быть однозначно положительным. Ой вряд ли, вряд ли. Не сказку ведь для детей пишем. Героям нужны пороки, положительным героям необходимы пороки, как и отрицательным необходимы достоинства. Иначе, иначе все вранье. Хватит, я устал от категоричности и однозначности, которая так и прет, порою, изо всех щелей.
Как много новых интересных вопросов возникает по мере ходу мысли. Но, но все же позволю себе вернуться к началу сей записи. Итак, подведем промежуточный итог.
Что нужно знать. Как можно больше. Нужно быть рядом с человеком в момент его радости, печали, горя, боли, свершения, безразличия, апатии, заинтересованности, страсти, стремления к цели. Необходимо провоцировать человека на разнообразия реакции и, и при этом, оставаться в глазах этого человека другом. Непростая задача, верно? Да, можно не провоцировать человека, можно тихо наблюдать из угла пока его кто-то спровоцирует на реакцию за нас. Да, это более безопасный, но, позволю заметить, гораздо более длительный процесс. И еще. Необходимо подмечать детали. Истина в деталях, красота в деталях. Необходимо найти нечто, что выделяет человека среди других. Может он, когда нервирует, до крови кусает левый уголок нижней губы? А еще, еще все время, пока кого-то ждет он чешет мочку левого уха и делает это безымянным пальцем, на котором носит никогда не снимая перстень-перчатку с занимательным символом то ли змеи, то ли дракона, а может и вообще какой-то куда более мифической и древней твари, или и не твари вообще, ведь он никогда и никому не позволяет подробно рассмотреть эту печатку и никто не знает откуда она у него и как давно. А еще, еще, когда он видит воробушка в его глазах можно заметить что-то такое, что-то очень странное. Он будто-бы гипнотизирует птичку, и, странное дело, птичка будто чувствую этот взгляд мгновенно испаряется и больше не появляется в поле зрения.
Детали, мелочи. Забавную фразу прочел намедни. "Жены писателей не подозревают о том, что когда их мужья смотрят в окно - они работают". Фразу я предоставил так, как она мне запомнилась. Пожалуй притормозим коней.