- ...

- С каждым поднятием оставляешь на асфальте кусочек себя, и так до тех пор, пока от тебя не останется пустота.

- А ты собери все, ВСЕ кусочки себя. Не смей оставлять хоть частицу тебя мерзким людишкам

Иначе разберут тебя по частям.

- Ну соберешь ты, и что дальше? Толку-то?

Остаются рубцы, которые со временем начнут кровоточить и гнить, издавая тошнотворный запах. Все окружение такое же мерзкое, как и эти рубцы. В них нет ничего такого, что можно было бы назвать святым. Они лишь требуют хлеба и зрелищ. И кто как не "другой" может дать им его?

Цирк прогнивших душ на наших улицах и парад кровавых масок. 

Но и я такая, и ты такой.

Ты тоже кого-нибудь разберешь на части как фарфоровую куклу, и я кого-нибудь сломаю как самую тонкую веточку. 

В этом и есть жизнь. Никто не будет обделен.

И даже если тебе таки удастся собрать все свои части, то все равно, рано или поздно найдется тот, кто сможет окончательно раздробить тебя в мелкую крошку пыли. Или за это сделает время. Оно ведь никого не лечит, да? Оно лишь усугубляет положение нанося все новые и новые раны, ровным счетом так же, как и воспоминания. 

В конечном итоге ты сдохнешь пустым и никчемным.

- ...